В общем и целом, я был доволен. Книга приняла зачёт, и я с удовольствием обнаружил, что она открыла для меня большую главу по основам проклятий. Никаких практик, но сам факт, что мне открыли основы основ с элементарными понятиями говорит о многом.

Я близок к своей цели!

Но тут был нюанс...

Либо об этом забыла упомянуть книга, либо я как-то не так воздействовал во время ритуала... А может, всё дело в моём довольном подвывании и чёткости наложениия... Я до конца так и не выяснил.

* * ** * ** * ** * *

В общем, если вы некромант и собираетесь активировать ритуал массового поднятия нежити, то петь в процессе — не самая лучшая идея.Комаренко вытер руки о полотенце и со вздохом вышел в коридор Центра.День выдался тяжелым, и он успел смотаться на три аукциона, подписать нужные бумаги и получить пусть малую, но мзду за вовремя предоставленный товар по отличной цене.Да, даже среди тайной канцелярии попадались мздоимцы, но тут к ним был необычный подход. Если в других учреждениях Российской Империи их гнобили, а порой и сажали, то тут их терпели при условии повышенной нагрузки и крайне высокой профессиональной деятельности.Как это выглядело на месте начальника склада конфиската?Возьмём те же алюминиевые болванки, изъятые на границе у турков. Что бы с ними произошло будь там честный чиновник? Устроили бы аукцион, пришли бы те, кому они были бы нужны, и после торгов продали бы ниже рыночной цены.Что сделал Комаренко, когда увидел болванки?Обежал парочку знакомых, выяснил, где сейчас самый большой расход алюминия, поговорил с начальством и внезапно у перерабатывающего предприятия под Белгородом случилась задержка в поставке. Завод в Петрограде на грани остановки, директора бегают с выпученными глазами. Тут появляется мудрый человек из серого крыла тайной канцелярии и сообщает, что на складах у них лежат алюминиевые чушки из Турции.Итог: закрытый аукцион, взятка начальнику, и чушки уходят на завод по цене чуть выше рынка. Можно было поискать и в свободной продаже, но товар-то уже тут, хорошего качества. Забирай и работай.За это и ценили Комаренко, и закрывали глаза на его прибавку к зарплате, которая порой превосходила её в несколько раз в виду неуемно бурной деятельности завсклада.Понятное дело, что за ним приглядывали, чтобы склад не опустошился непостижимым образом, но человек оказался азартным и наслаждался больше самим процессом, нежели выгодой.Так и в этот раз, просчитав все варианты и доложив начальству план по выгодному сбагриванию партии контрафактных шин, завезенных персами через казахские степи, он зашёл в туалет и собрался уходить, но заметил коробки с маркировками его склада, которые парочка секретарей вытаскивала из подвала. О подростке, который приходил к нему за резиновыми дубинками, он даже не вспомнил.— Так... — недовольно буркнул полный мужичок и направился к подвалу. — Без меня? Почему я не в курсе?Полный праведного гнева он спустился в подвал и услышал за стальной дверью, которую все называли «пыточная», разноголосый хрип. Осторожно оглядевшись по сторонам и убедившись, что никого нет, он приоткрыл дверь и обнаружил почти четыре десятка человек со светящимися дубинками в руках.— Мне больно видеть белый свет... Мне лучше в полной темноте...— Что за чёрт? — пробормотал Комаренко и присмотрелся к людям. Бледные, со следами крови и белёсыми буркалами. — Это ж... это ж нежить...— Я очень много-много лет... мечтаю только о ТЕБЕ...Комаренко рассмотрел то, что было в руках у мертвецов, быстро закрыл дверь, огляделся и быстрым шагом направился по лестнице, чуть не столкнувшись с начальником Центра.— Стоять! — скомандовал высокий худой мужчина с сединой на голове. — У нас сегодня ночью будет тренировка, приближенная к боевым условиям.