— Это кто? — недовольно спросил старичок. — Вы детей начали вербовать? Как ваша фамилия? Я это безрассудство так не оставлю и сообщу Георгию Станиславовичу лично!

— Моя фамилия Васильев. А это Гарри Мрак-Беленький.

Старичок нахмурился и посмотрел на подростка.

— Как вы сказали? Мрак?

— Мрак-Беленький, — кивнул начинающий некромант.

Старичок хмуро взглянул на следователя, а потом перевёл взгляд на подростка.

— И вы, уважаемый, почему-то решили, что способны создать лекарство от рака?

— Лекарство? Сомневаюсь. А вот принципы и подход к лечению — да. Думаю у меня получится. Однако самостоятельно я вряд ли справлюсь.

— Сколько вам лет, молодой человек? И что вы вообще знаете о раке?

— Мне уже исполнилось шестнадцать. А рак... Рак — это своего рода многоплановая патология, в основе которой стоит нарушения либо иммунитета, в результате чего Т-киллеры перестают узнавать измененные клетки, либо внутриклеточного восстановления исходной ДНК. В результате мы получаем клетку, по всем внешним факторам свой-чужой схожую с клетками организма, но, в отличие от нормальных клеток, она делится как не в себя, растёт и снова делится. Но это всё так... в общих чертах. Специалисты, думаю, лучше меня разбираются.

— А вы, значит, не специалист, — поджал губы Лев Дементьевич. — Откуда познания? В сети статеек начитались?

— Грубо говоря — да, — кивнул Гарри. — У меня немного другой род занятий.

— И какой же?

— Он некромант, — ответил за Гарри Васильев. — Уже поднимает трупы и потихонечку учится проклятьям. Химер иногда лепит... своеобразных.

— Простите, а каким образом вы вообще собираетесь бороться с раком? Сделаете очень маленьких зомби и пустите их в организм? — усмехнулся старичок.

— Мыслей по подходу пока несколько. Но каждую надо будет проверять... или, возможно, изобретать новые способы воздействия через силу смерти. Первый — навести проклятье на пораженные клетки и заставить их изменить внешние белковые структуры, что влечёт немедленную иммунную реакцию организма. Своего рода, точечная химиотерапия при помощи проклятий и силы смерти. Второй подход — это непосредственное уничтожение пораженных клеток. Проклятьем это будет достигнуто или избирательным заклинанием... я пока не знаю. Но простор для маневра есть. Ну, и третий подход. Как вы и говорили, изготовление химер, которые будут искать и уничтожать пораженные клетки.

Заметив, как на последнем предложении старичок вскинул брови, начинающий некромант пояснил:

— Если вы думаете, что размер для химеры имеет значение в плане изготовления — зря. Я еще не говорю про то, что химера может быть условно жидкой.

Лев Дементьевич вздохнул и покосился на Васильева.

— Прежде, чем мы заставим моих подчиненных рвать волосы на голове от внезапно изменившихся планов, я хотел бы узнать интерес каждой стороны, — произнёс он и выразительно взглянул на представителя тайной канцелярии. — Могу я рассчитывать на честный ответ?

— Со стороны тайной канцелярии возможность лечить рак может являться серьёзным аргументом для вербовки, это может служить хорошим стимулом для формирования положительного образа мага смерти в обществе, заработок на налоге от частного лечения рака в нашей империи, ну и по-человечески мне будет приятно, если лекарство разработают именно в нашей стране, — пожал плечами следователь.

— Верю во всё, кроме последнего, — хмыкнул глава отдела биологического оружия и взглянул на Гарри. — Ну, а вы? Зачем такому молодому человеку забивать голову подобными проблемами? Большинство в вашем возрасте заботят совершенно другие вещи.

Гарри взглянул на Васильева и спросил:

— Честно?

— С этим человеком лучше говорить откровенно, — кивнул тот.