| — Если все будут думать, что научит кто-то другой, то в итоге никто учить не будет. А он когда-нибудь точно тетю Таню прирежет.— А если он на тебя с ножом... — прохрипела женщина.Сын вздохнул и взглянул на растекающуюся лужицу масла на сковородке, после чего обернулся и взглянул на мать.— Думаешь, в первый раз будет?Женщина помрачнела.— Я пока яйца пожарю, тебе белок нужен. Завтра должна быть шабашка, я тебе белковую смесь возьму, — пробормотал парень, взял коробку с таблетками и отщелкнул пару таблеток в ладонь.После этого он перебрал еще пару коробок и потянулся за пластиковой баночкой, в которой находились самые дорогие пилюли с добавлением магии, которые парень растягивал как мог. Открыв крышку,, он заглянул внутрь и обнаружил последнюю пилюлю.Тяжелый вздох, перевернутая банка, и на руку к остальным лекарствам падает последняя пилюля.— Держи, — протягивает таблетки женщине.Та хмуро смотрит на таблетки на руке сына и поднимает тяжёлый взгляд на Степана.— Просто выпей.Женщина подносит руку к трубке, но парень перехватил за запястье.— Без разговоров. Лучше с тобой и так, чем без тебя, — произнёс он, глядя в глаза женщине.Та молча сгребла таблетки и протянула руку к кружке, начав пить их по одной.Степан же молча развернулся к плите и хотел уже взять яйца, как зазвонил телефон. Взглянув на подпись звонка «Некр», он нахмурился и взял трубку:— Слушаю.— Это тот некромант. Помнишь?— Такого хрен забудешь, — хмыкнули в ответ.— Слушай, как у тебя... с материалом?...Закончив разговор, Сидоров подошел к шкафу, достал оттуда костюм, на кармане которого была пришита эмблема ресторана неподалеку, маникюрные ножницы и принялся спарывать нашивку.— Стёпа...— Все нормально, мам, — спокойно сказал Сидоров, удаляя улики с честно приватизированного костюма из места, откуда его уволили. — Шабашка попалась жирная. Надо хорошо выглядеть.— Короче, — вздохнул Степан, наблюдая, как над дверью в лифт меняются числа. — Не болтаем. Молча работаем и сваливаем.Две молодые девушки за его спиной переглянулись. У одной был пакет с моющими средствами и набором сменных тряпок для швабры. В пакетах так же завалялось пять комплектов толстых перчаток по локоть и три фартука из плотного полиэтилена. Вторая держала в руках набор из пяти разных палок со сменными насадками, которые не только могли достать до потолка, но и изогнуться и протереть под диваном.— Стёп, точно десятка? Просто убрать?— Десятка. Там срач, надо в идеал отмыть, — буркнул парень.— Что там в трешке убирать на десятку?— Аристократ. Деньги есть, — пожал плечами Сидоров и вошёл в открывшуюся дверь лифта. Когда девушки зашли внутрь, он продолжил: — Ничего не брать. Спалитесь — нас на месте порвут. Там аристократ одаренный.— Там хоть трупов нет? — с опаской спросила одна из девушек.— Есть.— Стёпа! Ты говорил, что не будет, как в прошлый раз!— Собачий труп там, — хмыкнул парень.Лифт подъехал к шестнадцатому этажу, и компания вышла на площадку. Найдя нужную квартиру, Степан нахмурился, обнаружив, что дверь приоткрыта.Войдя внутрь, он сначала замер и хотел снять обувь, но увидел состояние пола и передумал.В зале его встретил тот самый парень, что покупал у него «материал» на скотобойне, а потом и в крематории. Взлохмаченная шевелюра, поза лотоса, хмурый взгляд, который он упёр на листки, что валялись на полу перед ним.Быстро пройдясь по квартире и оценив фронт работ, он вернулся к молчавшему некроманту.— Деньги?Парень вытащил пятидесятирублевую купюру и протянул Степану.— Меньше нету.Сидоров покосился на девушек, что встали на пороге и после вида купюры начали улыбаться.— Хреновина в комнате... — обратился парень к сидящему на полу Гарри.— Без приказа не двигается, — ответил парень.— Катя — кухня. Тань, ты в комнату. По коридору направо. |
