Подойдя к кровати, Виктория сбросила платье и сразу ощутила легкость и свободу движений. Потом достала из комода блузу, последнюю чистую вещь, которая стоила солидную по девятнадцатому веку сумму — тридцать центов.

Натянув блузу, девушка развязала затянутое на голове узлом полотенце. Волосы еще не высохли и, взъерошив их, Виктория распахнула окно, подставляя голову холодному утреннему ветру. Потом тряхнула ноющими руками.

«Я столько не трудилась со времен лагеря для новобранцев».

Казалось, болела каждая мышца. Еще бы, десять загонов в конюшне и столько же номеров в гостинице — и везде надо поддерживать чистоту!

Сегодняшнее мытье в ванной и стирка нарядов Джейка и Клары заняли у нее около часа. Сколько же времени требовалось на мытье и стирку женщинам девятнадцатого века?

Виктория бросила взгляд на развешанные на крючках мокрые платья. «Надену еще раза два, не больше — маски уже чуть держатся на коже».

«А ты себя не обманываешь? — мысленно продолжила разговор с собой Виктория — Тебе не хочется больше надевать на себя эти нелепые наряды совсем по другой причине — из-за Криса».

При одной только мысли о нем сердце девушки гулко забилось. «Да женщина ли ты вообще?» Сколько подозрения было в его глазах, сколько пренебрежения в голосе.. Закрыв лицо руками, Виктория тяжело оперлась локтями о крышку комода. Странно, что ее это так задевает. Так не должно быть. Не должно!

Но от его слов по-прежнему перехватывало дыхание

Черт бы его побрал! Из-за него она чувствует себя сейчас уродливым гадким утенком.

Нет, слезы — для детей и слабонервных. Она сдержала-таки готовые вырваться из горла рыдания и, часто заморгав, подняла голову. Внезапно она резко обернулась, одновременно выхватывая из-за пояса пистолет

— А я все ждал — когда ты со своим острым чутьем меня заметишь?

Из темного угла в комнату шагнул человек Тот самый, который в последнее время завладел ее снами.

— Уходи отсюда, — указала она пистолетом на дверь.

Крис тем временем обошел кровать, окинул взглядом ее маленькие ступни у самого подола, направленное ему в сердце дуло пистолета, восхитительное и прекрасное лицо без маски и уставился в ее золотистые глаза, сейчас красные и воспаленные.

«Уж не плакала ли она'1» — удивился он.

— Хочешь меня застрелить?

— Лучше не искушай. Я ясно сказала, что тебе надо |сделать.

— А если я не хочу? Виктория яростно фыркнула.

— Убирайся, Крис! — В первый раз она назвала его по имени.

— Ни за что. — Не отрывая взгляда от ее глаз, он медленно двинулся вперед.

— Неужели? — Раздался негромкий щелчок предохранителя.

— Да.

Рука Виктории дрогнула. Он подошел вплотную, навалившись на пистолет грудью. Она затаила дыхание.

— Уходи, Крис, прошу. — Это прозвучало как мольба. — Тебе здесь нечего делать.

— Нет, есть что. И ты сама знаешь…

Она лишь смотрела на него в упор, он отвечал ей тем же.

— Виктория.

От этого слова ее словно током ударило. Никто и никогда еще не произносил ее имя с такой теплотой.

Подняв ствол вверх, Виктория снова щелкнула предохранителем и бросила пистолет в ящик комода.

— У тебя очень красивые глаза.

— Иди к дьяволу!

На лице его мелькнуло удивление.

— Не тратьте сил на лесть, шериф. Мое время слушать комплименты прошло.

— Прости, если мои слова тебя как-то задели. Ее почти тронула его искренность. Почти. Она повернула голову, невидяще глядя прямо перед собой.