— Мы вернёмся на остров, как только там будет безопасно, — сказал Папа.

— Но до этого может пройти много времени, — сказала Сильфида. — А до тех пор мы останемся здесь, правда?

— Для начала Гирокусу нужно было бы нас пригласить, — ответил ей Папа.

— И ты бы сказал «да»?

— Это означало бы, что я не смогу летать, — спокойно сказал Сумрак.

— Ой. А я и не подумала об этом, — ответила Сильфида. — Но разве не лучше оставаться здесь вместе с остальными, чем искать какое-то другое место вдали от всех?

Сумрак точно знал, что она имела в виду. Очень обнадёживало быть окружённой всеми этими бдительными солдатами Гирокуса, даже если они держались несколько высокомерно и отстранённо. Возможно, с его стороны это было откровенно эгоистично — думать о полёте прямо сейчас.

— Ты снова будешь летать, Сумрак, — пообещал ему отец. — Рано или поздно весь этот беспорядок закончится, и мы вернёмся к себе домой.

— Но моя собственная колония не особенно хотела, чтобы я летал, — сказал Сумрак.

— Они разрешат тебе делать то, что тебе хочется, — сказала Сильфида. — Если бы не ты, мы не смогли бы покинуть остров.

— Твоя сестра — это твой самый искренний союзник, — заметил Папа, одарив Сильфиду добрым взглядом. — У неё верное сердце.

— Я просто сама по себе искренняя, — ответила Сильфида, но Сумраку было ясно, что она рада заслужить похвалу своего отца. Сумрак вдохнул и почти не хотел выдыхать. Он не хотел, чтобы прошёл такой хороший момент. Было так приятно быть вместе, только втроём, без старейшин поблизости. Но это также заставило его более остро ощутить отсутствие матери. Сможет ли он когда-нибудь взглянуть на отца и сестру, не думая, что кого-то не хватает?

Настойчивость в голосе Сильфиды заставила его вздрогнуть.

— Папа, а это не…

Сумрак проследил направление взгляда сестры до самой земли. Лоснящееся четвероногое существо легко запрыгнуло на нижние ветви соседнего дерева и продолжило прыгать всё дальше вверх. Сумрак услышал испуганные крики, и его паруса инстинктивно раскрылись, а тело приготовилось лететь.

— Это фелид! — задыхаясь, кричала Сильфида. — Он идёт сюда!

— Не бойтесь! — громко крикнул с поляны Гирокус. — Этот фелид — наш друг, и он прибыл по моему приглашению.

Сумрак с изумлением наблюдал, как Гирокус спланировал к фелиду и сел рядом с ним, всего лишь на одну ветку ниже, чем сидели он, Сильфида и Папа.

— Добро пожаловать, Монтиан, — сердечно сказал Гирокус. — Добро пожаловать!

— Привет, Гирокус, — низкое мурлыканье фелида заставило Сумрака стиснуть зубы.

— Икарон, спускайся и присоединяйся к нам, — позвал могучий предводитель рукокрылов. — И твои старейшины тоже.

Сумрак нервно следил за тем, как его отец спланировал на их ветку и позвал Сола, Барата и Нову. Через несколько мгновений его старейшины собрались вокруг него. Фелид сидел на заду, держа тело вертикально и выпрямив передние лапы. Это проявление любезности представляло собой настолько разительный контраст с его воспоминаниями о неистовствующих зверях на острове, что Сумрак едва мог поверить, что все они принадлежали к одному и тому же виду. Глядя сверху вниз, они с Сильфидой слушали, как Гирокус представлял Монтиану Икарона и его старейшин.

— У меня есть новости, которые, надеюсь, вам будет приятно узнать, — промурлыкал фелид.