|
Он спрыгнул с ветви и подлетел поближе. Не нужно было далеко идти, чтобы найти его источник: кучу длинных сероватых кусков испражнений у основания дерева. Их огромный размер напугал его. Это явно оставило немаленькое животное.
С одной стороны от кучи помёта он увидел растерзанный труп наземного зверя, ободранный почти до костей. Обеспокоенный эти, Сумрак огляделся, но не увидел никаких признаков присутствия хищника.
Он взвился в воздух и полетел назад, чтобы сообщить об этом отцу.
— Знаешь ли ты о большом хищнике, который живёт неподалёку? — спросил Адаписа Икарон. — Мой сын видел чей-то помёт.
Сумрак наблюдал за реакцией Адаписа. Тот слушал внимательно, но не выглядел обеспокоенным.
— Как это всё выглядело? — спросил Адапис Сумрака.
Он описал увиденное как можно лучше.
— Наверное, ты зашёл слишком далеко от наших деревьев, — сказал Адапис.
Сумрак кивнул. Он летел, и было трудно подсчитать расстояние.
— У нас есть достаточные основания придерживаться нашей части леса, — сказал Адапис твёрдо, хотя и без явной недоброжелательности. — Дальше в лесу водятся более крупные звери, и некоторые из них поедают мясо, но по какой-то причине они никогда не рисковали заходить на нашу территорию. В другой раз не стоит уходить так далеко и в одиночку.
— Не стану, — ответил Сумрак.
Адапис повернулся к его отцу.
— Ты когда-нибудь ел такой плод? — спросил он, держа в одной из своих рук маленькую ягоду. Сумрака всё ещё восхищало то, как легко бегущие-по-деревьям могли схватывать предметы. Это всякий раз заставляло его чувствовать себя неуклюжим.
Адапис положил ягоду на кору перед ними, и Папа нагнул голову, чтобы попробовать её.
— Отведай-ка это, Сумрак, — пригласил его отец.
Сумрак видел эти ягоды с пурпурным оттенком, растущие на крепких лианах по всему лесу. Плод был не из тех вещей, которые часто едят рукокрылы, но он был сочным и сладким, а ещё утолил его жажду. Он отщипнул зубами ещё кусочек.
— Он очень даже неплох, — с воодушевлением сказал он.
Адапис усмехнулся:
— Возможно, это нечто такое, что вы можете добавить в свой рацион? — и он взволнованно добавил:
— Мы закатим пир! Позвольте, мы представим вам некоторые новые виды пищи. Несомненно, мы можем многому научиться друг от друга.
— Нас же слишком много, Адапис, — ответил Икарон. — Это предложение очень любезно с вашей стороны, но потребуется очень много поработать.
— Ничуть, ничуть, — настаивал Адапис. — Позвольте нам сделать это для вас. Принять вас. Возможно, нам удастся убедить вас сделать наш лес вашим новым домом. Мы были бы счастливы получить в вашем лице друзей и союзников. Мир большой, и нам всем всего хватит.
Весь этот и следующий день бегущие-по-деревьям пребывали в состоянии сильнейшего возбуждения, деловито собирая плоды и семена с деревьев, и личинок и коренья из подлеска. Сумрак наблюдал за этим, в восторге от их способности работать. Они перенесли всю свою пищу в то место, которое они называли древом пиршеств, и которое находилось довольно далеко от тех мест, где у них были устроены собственные гнёзда. Это дерево обладало многочисленными низко отрастающими ветвями, которые были плоскими и широкими, и на них бегущие-по-деревьям длинными рядами разложили собранную еду. Молодняк бегущих-по-деревьям с голодными глазами подходил поближе, но лишь для того, чтобы старшие прогнали их прочь.
— Нам, что, придётся всё это съесть? — спросила Сильфида, планируя мимо дерева на пару с Сумраком.
— Многих из этих вещей я никогда раньше не видел, — сказал Сумрак. |