Изменить размер шрифта - +
Причём в процессе он явно избегал пользоваться левой рукой, пряча её за спину. Травмированный, что ли? Странно, если местный лекарь сумел меня вытянуть буквально из лап Стервятника, что он, не мог этому парню руку нормально вправить? — Как ты? Ничего не болит? — ровно поинтересовался он, чуть подаваясь вперёд. Аккуратно прихватил меня пальцами за подбородок, мягко заставляя повернуть голову чуть вбок и пристально разглядывая что-то на моём виске.

— Удивительно, но — нет, — осторожно отозвалась я, а потом сообразила. — Ты лекарь что ли?

— Вроде того, — он иронично улыбнулся. — Я…

— Пусть сначала она внятно расскажет, кто такая и откуда взялась, — перебил его хмурый здоровяк, возвращаясь на своё место. — Сначала и внятно, поняла меня?

— Сначала долго получится, — предупредила я, когда Кай выпустил моё лицо и выпрямился на стуле.

— Период детства и взросления можно опустить, — язвительно хмыкнул Ивар. — Как ты попала на Пустошь?

Сказал он это так, что я отчётливо поняла: именно Пустошь, с большой буквы и никак иначе. В голове тут же всплыла картина серой унылой равнины до самого горизонта.

— Честно говоря, я не ожидала, что у меня это получится. Так, от отчаянья… — пожав плечами, начала говорить я, но запнулась под взглядами мужчин, ехидно-возмущённым первого и иронично-насмешливым — второго.

— Внятно. Последовательно. Без лирических отступлений, — отрывисто, с весомыми паузами проговорил Ивар.

— Так. Сначала, — попыталась собраться я. — Мы с Туром и парой охранников летели в гости к моим родителям, когда на нас напали. Мужчины вступили в драку, но силы были слишком неравными. Тура убили первым; наверное, он и был основной целью нападения. Я попыталась сбежать, но в меня попали стрелой, вымоченной в настое опохмелки…

— В чём вымоченной?! — едва не хором уточнили они.

— Опохмелка, — почему-то смутилась я. — Ну, трава такая, очень лечебная. На самом деле она, конечно, иначе называется, краснобыльником. А опохмелка потому, что возвращает человеческий облик, — хмыкнула я. — Ну, и отрезвляет тоже. Она такая мелкая, стебельки красноватые, а метёлки с розоватым…

— Продолжай, — перебил меня Ивар.

— А! Да. В общем, я стрелу выдернула, но начала падать. Там внизу скалы, шансов никаких, а мне очень-очень обидно стало, что разобьюсь я в лепёшку, и никто меня никогда не найдёт. И про Тура никто не узнает, и про ребят. Вот я и попыталась поймать себя в отблесках льда и куда-нибудь убежать, подальше. Потом было это ваше серое плато, я лежала и думала, что умираю. Было очень обидно и скучно, а потом я всё-таки потеряла сознание. А очнулась вот тут, буквально только что, — резюмировала я, выжидательно глядя на мужчин. Они переглянулись с очень задумчивым видом.

— Знаешь, по-моему, она издевается, — мрачно вздохнул Ивар. Кай иронично усмехнулся, а я возмутилась.

— Ничего подобного! Я рассказываю всё, как было! Я, между прочим, вообще никогда не вру!

— Вот как? — вопросительно вскинул брови худой. — Почему?

— Потому что я — мастерица зеркал, — я всплеснула руками, но понимания на лицах собеседников не отразилось. — Так. Стоп. Я запуталась. Давайте опять сначала. Где мы сейчас находимся? Только к Дракону подробности, сколько над этим миром лун?!

— Две, — глядя на меня с искренним недоумением, пожал плечами Кай. — А сколько должно быть?

— Уф! — облегчённо выдохнула я.

Быстрый переход