Теперь Мышонок хочет что-то выяснить. «Трудно сказать». (После работы?) – «Страшная шишка». (Небось работает в крутой фирме.) – «Вечернее совещание». (Ну конечно!) – «Возможно, приду поздно». (Это уж стопроцентно.) – «Да, я постараюсь». (Опять врет!) – «Нет, я тебе обещаю». (А вот это легкомысленно.) – «Баба, буци, Мышонок». (Усталым голосом.) – Глубокий вздох. Облегчение. Вагон аплодирует без слов.

Нам инстинктивно пришли в голову четыре варианта реагирования на эту информацию:

1. Просто проигнорировать. (Если не получается, то это из-за того, что статья написана высоким научным стилем.)

2. Попробовать разобраться в теме. (Для этого, правда, у нас недостаточно средств, времени и отсутствует невесомость для практических экспериментов.)

3. Переделать название статьи на манер известной скороговорки «Рыбак Фриц ловит свежую рыбу…», не забывая о благородном звукоподражании и несколько усложнив смысл за счет включения словечка «вонять». Проверим, как она будет звучать: «Умирающие звезды пукают сварочным газом».

4. Удержим в голове этот факт, дождемся удобного случая, – например, прогулки в большой компании, – и когда народ начнет воротить нос от какого-нибудь перехватывающего дух мерзкого запаха, как бы невзначай бросим: «Должно быть, здесь умерла звезда».

Остальные в выходные дни встают рано, едва забрезжит рассвет, потому что не хотят выходить из рабочего ритма и потому что нет ничего более волнительного (и ускоряющего кровообращение), чем за долю секунды упустить последнее свободное парковочное место перед Шопинг-сити.

В гостинично-ресторанном деле в так называемый мертвый сезон (это, к примеру, время, когда в долине Вахау не цветут абрикосы) тоже представлены оба типа. Одни спят дольше (и потому запирают свои заведения). Другие встают еще раньше, чем обычно, чтобы лично вытряхнуть из постелей тех случайных гостей, которые заехали к ним нежданно-негаданно, грозя нарушить предрождественский деревенский мир. Хотя, как всем известно, свободные гостиницы в Австрии такое же частое явление, что и высокий туман над Дунаем. При всем том от них требуют самое позднее в десять освободить номера. Почему, спрашивается?

Французы еще только приступают к своему «petit dejeuner», а у нас к этому времени уже пахнет жарким из свинины. Дело в том, что в противоположность прожигающей жизнь Америке, где «breakfast» можно практически съесть на ходу, в нашем гостиничном бизнесе слово «завтрак» понимают очень серьезно. И в любой гостинице среди жильцов вы отличите австрийцев уже по тому, что ровно в семь они с гедоническим сладострастием вскрывают первый пакетик с мармеладом!

Наш глаз привык к убогому состоянию объектов, в каком, в частности, пребывает и эскалатор. По сравнению с ним Краковская угольная шахта покажется вычищенной больницей, Мурманский машинный зал будет распространять вокруг постмодернистскую стерильность. Из нашего же эскалатора вываливаются металлические внутренности. На поверхности громоздится гора ржавых, перепачканных машинным маслом фрагментов лестницы. И пара нанятых транспортными предприятиями горнорабочих без энтузиазма возятся в шахте.

В компании «Венские линии» полагают, что людям нужно хоть как-то пояснить, что там происходит. Внизу и на верхней точке безотрадной строительной площадки установлен довольно хитрый щит с надписью: «Технический перерыв.