Возможно, ее неосторожное слово — или его отсутствие повлекут за собой ожидаемую катастрофу… Возможно дело не в ней, и она была лишь способом привести его сюда…

Что она знает о своем брате? Последний раз когда они виделись, ей было девять!

Она была лишь маленькой девочкой, а Тайрен — пятнадцатилетним юношей, наследником, помогающим отцу в его заботах… Что она могла сказать о нем, кроме того, что он был добрым братом? Вот именно, что был… Кто знает, что может случиться…

Дракон знает. Но именно этого Скай и ждет…

Она не могла понять его, но вспомнила Ская, вещающего ей о красоте вселенной, и подумала: может ли дракон устать? Драконы — воплощение Хаоса, Хаос же есть абсолют, вмещающий все начала… Так может ли дракон устать быть драконом? Не потому ли Скай убил своего предшественника? Мы, люди, слишком слабы, — не многие способны вынести в себе свой Рай и Ад сразу, упиваться ими, но в этой слабости — самая страшная сила…

Наир теперь смотрела на дракона почти с жалостью. Она не знала, что делать ей, но знала одно — она не может просто сидеть и ждать его гибели, так же спокойно, как он сам! Ведь люди к тому же ужасно эгоистичны, и Наир не была готова расстаться с тем, что так неожиданно обрела… Как оказалось, она все же не все согласна выполнить для него!

— Это случится сегодня?

Дракон молча улыбался.

— Сегодня… — повторила Наир и вскочила, не в силах сдержать охватившую ее дрожь, — Если я ключ, Скай, значит, твой сон зависит от меня, и я могу что-то изменить! Ведь так?

Скай молчал, и она обернулась к нему.

— Что есть неизбежность? Не наша ли воля? — с силой спросила она, глядя в глаза дракона.

— Не для всех, — медленно проговорил он, — Для тех, у кого она есть. И для тех, у кого ее нет…

— Да… — согласилась Наир, — Охотник и его добыча… для раба всегда найдется хозяин… У монеты всегда две стороны… Но ведь и она может упасть на ребро!

Она ждала. Я — молчал. Я всегда умел задавать правильные вопросы. И давать правильные ответы. В принципе, это одно и тоже…

— Я пришла, — сказала она, снова входя в мое логово. Постелив плащ, она села рядом. Я опустил голову ей на колени и слушал, как она успокаивается, приходя к пониманию…

Движения ли воздуха, мельчайшего изменения в состоянии мышц — оказалось достаточно: глаза дракона резко распахнулись, обращаясь на меня, Винда и Дикке.

Взгляд задержался на человеке и уперся в Винда.

— Приветствую тебя, Хранитель Скай, — Винд покосился на меня, вытаращившегося на живую, здоровую и вполне благополучную Наир, и решил первым начать разговор.

— И я приветствую тебя, молодой дракон, — Скай гибким движением подобрался, в этот миг действительно напоминая свернувшуюся на камне ящерицу, — Ты пришел что бы спросить?

И тут я вспомнил, что хранителей еще называют Указующими — потому что любой может задать Хранителю любой вопрос. И его ответ — закон даже для драконов.

Единственный, кроме их собственной воли…

Если конечно сумеешь понять этот ответ.

Потому что глас Хранителя — глас Провидения.

— Да, — к моему удивлению ответил Винд.

Скай прикрыл глаза: совершенно по-змеиному:

— Я отвечу тебе позже, молодой дракон…

— Винд. — …молодой дракон Винд, — согласился Скай.