Ого!

— Да?

— Он все время этого боялся. Прямо как одержимый. Все время ей звонил, хотел застукать.

Этого Мэри не могла понять.

— Но он сам изменял!

— И что? Ему можно, а ей нельзя, — улыбнулась Лэтрис.

— Он подозревал кого-то?

— Всех. В основном мужчин, которые приходили в салон.

— А на прошлой неделе вы его видели?

— Конечно, дважды. Он приходил перед закрытием, ел и отвозил меня домой. Как всегда.

Мэри опять вспомнила дневник Триш — ссоры после возвращения от «Бьянетти». «Ролли» не упомянут ни разу.

— Он не говорил Триш, что бывал здесь?

— Ни в коем случае.

— Говорил, что ходит к «Бьянетти», а на самом деле шел сюда.

— Ну, наверное.

— А вы знали, что он связан с мафией?

— Конечно. — Лэтрис невесело улыбнулась. — Я знала, чем он занимался. — Она покачала головой. — Он хотел от них уйти и почти ушел.

— Он не рассказывал о каких-нибудь своих друзьях из мафии?

— У него не было друзей в мафии.

— Я говорила с его сестрой. Он ей рассказал про дом, куда хотел бы спрятаться, вырвавшись от мафии. А вам не рассказывал?

— Нет.

Мэри старалась не падать духом.

— Если бы он покупал дом, то где, как вы думаете?

— Не знаю. — Лэтрис опять покачала головой.

— А о местах, где ему понравилось, не рассказывал?

— Нет.

У Мэри уже отказывала голова.

— Может, были какие-нибудь поездки за город?

— Нет.

— Он же должен был уезжать из города, чтобы искать дом, потом покупать, потом проверять его время от времени, — размышляла вслух Мэри. — За домом ведь надо смотреть, ну, хотя бы на зиму закрывать и все прочее.

— Да, готовить к зиме. Отключить воду, укутать водонагреватель, разбросать влагопоглотитель, чтобы стены не отсырели и плесень не завелась…

— Откуда вы это знаете?

— Это каждый знает.

— Я вот не знаю. — Мэри улыбнулась.

— Это потому что вы городская. А я с севера, из Поконоса. Выросла в Боннихарте, к северу от водораздела Делавэра. Знаете те места?

— Слышала, но ни разу не была там.

— О, это прекрасные места, на самой границе с Джерси. Стоит мне вспомнить… Деревья, леса, природа. По лесу можно гулять бесконечно. Как я люблю там бывать… — Широкая улыбка преобразила лицо Лэтрис. — Воздух такой свежий, и люди хорошие. Дочка моя тоже любит. Я все время туда езжу, к папе, он до сих пор там живет.

— Так вы там выросли?

— Ну да. Мы жили в домике в лесу. Папа охотился, а я ухаживала за курами и за свиньей. Это самое красивое место в мире, и это здесь, в Пенсильвании.

Мэри лихорадочно соображала.

— Вы рассказывали Бобби об этом?

— Конечно, — засмеялась Лэтрис. — Как начну рассказывать, меня не заткнешь. И дочку мою тоже. Он меня все дразнил, говорил: «Если бы каждый раз, как ты вспоминаешь о своем Боннихарте, я получал бы десять центов, я был бы обеспечен на всю жизнь». — Глаза ее вдруг расширились. Мэри подумала о том же.

— Может быть, там-то он и купил дом? — Мэри охватило волнение. — Расскажите мне, как ехать в Боннихарт.