Рейчис фыркнул.

— Что? Ты всё ещё думаешь, что твой папочка примет тебя с распростёртыми объятиями, если ты просто уберёшь метки со своего лица?

Я покачал головой.

— Нет, но мне хватит и того, что не придётся проводить каждый день жизни с большой чёрной мишенью на лице.

Рейчис подбежал к высокому, в полный рост, зеркалу рядом с одним из гардеробов и уставился на себя.

— Ну а мне нравится, как я с ней выгляжу. Свирепым. Смертоносным.

— Психопатическим? — предположил я.

— Пси-хо-па-ти-чес-ким, — медленно повторил Рейчис, и мне стало ясно — он понятия не имеет, что означает это слово. — Да, психопатическим. Круто!

Немногие люди знали истинную природу Чёрной Тени. Я слышал полдюжины теорий ещё до того, как нашёл Эбеновое Аббатство, и куда больше — за месяцы, прошедшие с тех пор, как я оставил аббатство в огне. Это проклятие демонов? Или просто иная форма магии, которой ещё никто не овладел? Никто не знал наверняка, но не было конца магам-ищейкам джен-теп, берабесским правоверным и множеству других добродетельных людей, готовых принести в ритуальную жертву любого, у кого есть такие метки. Я сделал всё, что мог, чтобы прикончить как можно больше этих добропорядочных граждан, но всегда найдутся другие, готовые попытаться убить меня во сне. Но какой-нибудь засранец вечно бойко объясняет мне, что есть и худшие проблемы, чем несколько извилистых чёрных отметин вокруг моего левого глаза, и что я должен перестать скулить. Этот зарсанец — Рейчис.

— Вот так эти голокожие и доят тебя, Келлен. Они рассказывают историю о заклинании или зелье, которое избавит тебя от Чёрной Тени, и ты бежишь, рискуя нашими жизнями и, что ещё хуже, расшвыривая впустую все наши деньги только для того, чтобы выяснить: тебя опять обманули.

Я не обратил внимания на его слова. Этот спор мы вели слишком много раз.

— Прекрасно, — прорычал он, — по крайней мере, давай исследуем дворец и посмотрим, что тут можно украсть.

— Не могу, — ответил я и надвинул шляпу на глаза. — Должен поспать. Вечером нас ожидает работа.

Белкокот как можно лучше изобразил вздох — это больше походило на сморкание.

— Отлично. Без сомнения, что-то лишь немного скучнее, чем сидеть взаперти в комнате, где нечего делать и некого съесть.

— О, я бы так не сказал, — сонно ответил я. — Скорее всего, нам придётся убить нескольких очень озлобленных людей.

Глаза мои были закрыты, но я почти не сомневался, что Рейчис улыбается.

Глава 10

Лангзиер

Мне удалось проспать несколько часов, прежде чем запах Рейчиса и мой собственный — вкупе с понятной тревогой, поскольку я спал в месте, откуда не знал точно, как сбежать, — против моего желания вытащили меня из забвения. Рейчис уже проснулся.

— Ванна! — просвистел он, пиная меня задними лапами.

Заворчав, как и положено, я вытряхнулся из постели.

— Я думал, ты хотел кого-нибудь убить?

— Сперва ванна, — сказал белкокот, подходя к окну. — Потом убийство.

Я натянул штаны и прицепил футляры с порошками к поясу, прежде чем выглянуть вместе с Рейчисом в окно.

— До рассвета ещё два часа, — сказал я.

Он потопал к двери и вытянулся на задних лапах, чтобы открыть задвижку.

— Куча времени.

Я быстро порылся в ящиках комода на тот случай, если мне принесли одежду, и нашёл несколько рубашек из всевозможных тканей всех цветов, смущающе переливчатых.