— Ли Фултон очень красива и богата. Она вышла за Дениса почти сразу после смерти ее второго мужа. Может быть, слишком быстро. Возможно, она поняла, что ошиблась, и нашла себе другого. Мерль отрицает, будто у Ли Фултон роман с ним, и заявляет, будто у него алиби на то время, когда, как подозревает Денис, он приглашал миссис Ф. на тайные свидания. Если Мерль говорит правду и Ли встречалась не с ним, возникает следующий вопрос. Где она была и с кем? Должно быть, она все же ходила на свидания, но не хочет сознаваться, что лгала Денису. Она говорила, что обедает с дочерью, хотя ни с какой дочерью она не обедала. Все эти сведения я раздобыл благодаря мисс Митчелл. После того как Денис случайно встретил на улице дочь своей жены, выяснилось, что Ли его обманула. Тогда он и набросился на Мерля с кинжалом. С другой стороны, Шумахер часто бывал в доме Фултонов. И хотя сейчас Эрик влюблен в девушку, которая носит резиновые сапоги, раньше у него вполне мог быть роман с Ли. Допустим, Денис думал, что любовник его жены — Шумахер. Прекрасная возможность убить двух зайцев одним выстрелом! Он избавляется от Эллен и наносит ущерб репутации Спрингвуд-Холла. Он срывает торжественное открытие отеля и оставляет на территории Эрика труп. В последнее время Денис переживал страшный стресс. Ничего удивительного, что он пошел на крайние меры, чтобы освободиться. Тем более он прекрасно знал, что на открытии будут и другие любовники Ли, по меньшей мере один из них. Кроме того, он понимал: если выяснится, что он двоеженец, у Ли не будет недостатка в утешителях.

Маквей вздохнул.

— Полагаю, на «ремингтоне» полно отпечатков пальцев?

— Да. К машинке прикасались все, кроме разве что кота. Кроме домашних, «ремингтон» трогали Мерль, я и Черк. И потом, горничная раз в неделю вытирала там пыль и, возможно, стерла массу других отпечатков.

— Хорошо, арестовывайте его. Но не приходите за разрешением продлить срок содержания под стражей, потому что я вам такого разрешения не дам. Мне все это очень не нравится. Официально расследование возглавляю я, и, если ничего не выйдет, мне придется принять огонь на себя.

— Я бы не предложил арестовать Фултона, если бы не считал его арест необходимым, — тихо сказал Маркби.

Маквей пробормотал:

— Но запомните, если в конце концов вы не сумеете предъявить ему обвинения, то-то порезвятся борцы за гражданские права, адвокаты Фултона и журналисты!

— А разве они всегда не резвятся? — возразил Маркби.

Маквей снова вздохнул, потом откинулся назад и положил ладони на столешницу.

— Обсудим теперь другой вопрос.

— Попробую угадать! — сухо парировал Маркби. — Я не хочу уезжать из Бамфорда. Карьерный рост меня не волнует. Но мне интересно, кто разболтал о моем скором отъезде? Сотрудники уже собирают деньги, чтобы купить мне прощальный подарок! Думают, я ничего не замечаю.

— Алан, нам нужны в руководстве честные люди. Не мне вам говорить, что сейчас полиция переживает не лучшие времена. Вспомните, сколько скандалов было в последнее время! Мне больно. Неужели вы не понимаете, какой вред наносят нашему образу глупость и жадность этих идиотов?

— Вполне разделяю вашу тревогу, сэр. Но в Бамфорде и его окрестностях растет уровень преступности. За последние несколько лет город сильно разросся. Да и в близлежащих деревушках уже нет былой сплоченности. У нас не хватает личного состава. Сейчас неподходящее время для того, чтобы я уезжал! — упрямо заявил Маркби.

Маквей смерил его пронзительным взглядом.

— Подходящего времени не будет никогда! Нравится вам это или нет, но пора принимать решение. Нельзя вечно прятать голову в песок и надеяться, что все как-нибудь образуется! Через три года я выхожу на пенсию.