— Наверняка не знаю, да и никто у нас не знает! Он ведь молчит. Только, пожалуйста, не выдавайте меня, не говорите, что я интересовался, ладно? Просто ходят такие слухи. Мы все, конечно, понимаем, что он заслужил повышение, но будет жаль, если он уедет из Бамфорда.

— Уедет из Бамфорда? — Предположение было настолько невероятным, что даже живое воображение Мередит не могло с ним смириться. — Чтобы Алан уехал из Бамфорда?!

— Бывает, люди переезжают в другие места, — рассудительно заметил Пирс. — Уж вам-то, при вашей работе, должно быть известно.

— Ну да, конечно известно. Но ничего подобного он мне не говорил, да и вообще… — Мередит замолчала. — Скорее всего, слухи о его переезде — всего лишь слухи.

— Может быть, и так, — согласился Пирс, с сомнением глядя на свою собеседницу. — Я подумал, что вам он бы, наверное, сказал, ведь вы с ним близкие друзья. Только не подумайте, что я лезу в вашу личную жизнь! — добавил он, криво улыбнувшись.

— Конечно, конечно.

После короткого разговора с сержантом мысли Мередит приняли иное направление. Ее охватила досада. Может быть, известие о скором переезде Маркби — действительно только слухи. С другой стороны, нет дыма без огня, как гласит пословица. В любой крупной организации слухи о грядущих переменах, повышениях и тому подобном начинают циркулировать задолго до того, как о них объявят официально. Если его повышение и перевод — правда, Алан должен был давно упомянуть о перемене в его жизни. Для такого их отношения достаточно близки. Или нет?..

Мередит огляделась.

— Я сама спрошу, можно ли мне подняться наверх. Я быстро, только туда и обратно.

Мередит вернулась к тому месту, где она в последний раз видела Алана, и застала его в окружении небольшой взволнованной группы, в которую входили Эрик Шумахер, двое констеблей-мужчин, одна женщина (констебль Джонс) и еще один человек, внешность которого показалась ей смутно знакомой. Вроде бы охранник, один из тех, кто безуспешно пытался перехватить протестующую в самом начале. Зои Фостер она не увидела. Наверное, решила Мередит, девушку изолировали и допрашивают отдельно от остальных. Вспомнив, какое у Зои было бледное, испуганное лицо, Мередит невольно пожалела несчастную.

Виновница переполоха, которую звали Хоуп Маппл, сидела в одиночестве. Теперь в центре внимания оказалась другая женщина, правда неживая. Хотя протест Хоуп Маппл был подавлен, держалась она по-прежнему с вызовом. Вскоре мисс Маппл переоделась в собственную одежду, после чего ее в полицейском фургоне увезли в участок, где она обязана была дать показания.

Прошло минуты две, прежде чем Мередит встретилась с Маркби глазами. Она изобразила пантомиму: замерзла до смерти, и ей нужно подняться наверх за пальто. Маркби кивнул и, обернувшись к Пирсу, подал ему знак рукой.

На полпути к выходу Мередит перехватил Денис Фултон. Он выглядел ужасно — лицо у него посерело и покрылось потом. Мередит даже показалось, что Фултон совсем болен.

— Послушайте, — торопливо произнес Фултон, — насколько я понял, вас отпустили наверх за теплыми вещами?

— Да, схожу за пальто.

— Вы не могли бы заодно заглянуть в наш четырнадцатый номер и прихватить палантин Ли? Она тоже очень замерзла и расстроена. Но мне не хочется снова отрывать от дел старину Маркби…

— Конечно, — кивнула Мередит и посмотрела на Ли.

Жена Дениса Фултона сидела на стуле и смотрела в одну точку перед собой. Ее лицо сохраняло невозмутимое выражение. Мередит не сказала бы, что Ли «расстроена». Вряд ли она переживает больше Дениса. С другой стороны, Денис, наверное, лучше умеет истолковывать настроение жены.