— Если и преувеличиваю, то только чуть-чуть.

Они помолчали. Старший инспектор обдумывал услышанное.

— Он, наверное, мой ровесник, — сказал наконец Маркби.

— Ну и что? При чем здесь его возраст?

— Ни при чем. — Маркби пожал плечами. — Но позавчера я очень обрадовался, услышав, как Зои назвала сорокапятилетнего Гримсби «вовсе не старым». Она поспорила с молодым Хардингом, который назвал Гримсби «противным старым брюзгой». Кстати, если твои подозрения справедливы, я предвижу новый конфликт, что мне совсем не нравится. Разумеется, Эрик имеет право флиртовать с кем хочет. Но в Зои по уши влюблен молодой Хардинг, а он ни за что не согласится добровольно отойти на второй план. Он знаком с мисс Фостер гораздо дольше Эрика. Кроме того, Хардинг регулярно доказывает свою преданность даме сердца, вычищая конюшни и убирая навоз. Представляю, что будет, если он узнает, что у него появился соперник, да еще какой — заклятый враг Общества защиты исторических памятников Бамфорда и приюта для старых кляч! — Маркби отхлебнул пива. — Конечно, то, что обоим джентльменам нравится одна и та же девушка, еще не означает, что она испытывает сходные чувства к одному из них. По-моему, она вообще мало о чем думает, кроме своих лошадей и ослов.

— Эрик очень привлекательный мужчина, — уверенно возразила Мередит. — Красивый, хорошо сложенный, богатый, умный, успешный… У него едва заметный иностранный акцент. Кроме того, он привык получать то, чего хочет.

— Ты сама, случаем, не влюбилась в него? — поинтересовался встревоженный Маркби.

— Разумеется, нет! Давай попробуем взглянуть на дело с точки зрения Зои. Мне кажется, у веснушчатого юнца с мотоциклом нет никаких шансов! Против него говорит и давняя дружба, и уборка конюшен. Их отношения слишком затянулись. Скорее всего, Зои считает его всего лишь другом.

— Кстати, а наши с тобой отношения не слишком ли затянулись? — ровным тоном спросил Маркби.

Мередит покраснела.

— Мы с тобой — совсем другое дело.

— Учти, мне не улыбается играть роль Хардинга. Если на твоем горизонте появится какой-нибудь Эрик, ты уж дай мне знать заранее, чтобы я успел с достоинством удалиться.

— Не принимай все на свой счет! — рассердилась Мередит. — Сейчас я говорю о Зои, Эрике и Робине. Налицо классический любовный треугольник, вот и все. — Увидев, что Маркби по-прежнему хмурится, она насмешливо добавила: — Я нигде не прячу никакого Эрика!

— Ну, тогда ладно.

В камине весело потрескивал огонь; в паб вошли еще несколько посетителей, и зал сразу огласили их громкие голоса.

— А может… — нерешительно начал Маркби, — ты съездишь в приют и поговоришь с Зои? Ей там скучно, и она всегда рада гостям, особенно если ты пожертвуешь пятерку на ее кляч. Возможно, она… м-м-м… охотнее раскроет душу перед тобой, поскольку ты тоже женщина.

— С чего ты взял, что женщины обожают раскрывать друг другу душу?

— Ну да. — Маркби кивнул с мрачным видом. — В дамском туалете, пудря носик, женщины признаются в таких вещах, в которых мужчины не признаются даже в гораздо более спокойной обстановке!

— Твои слова свидетельствуют о косности и сексизме. И откуда тебе известно, чем занимаются дамы, пока, как ты выразился, пудрят носик? Надеюсь, ты не подслушиваешь под дверями женских туалетов? Нет? Слава богу! Так вот, ты говоришь глупости! Ладно, я съезжу в приют для старых лошадей и поговорю с Зои. Посмотрим, что получится. — Мередит помолчала, а потом продолжила: — Если честно, я с тобой согласна и тоже считаю, что Зои совсем не во вкусе Эрика.