Она медленно открыла папку, потом лежавший в ней PDF-файл. Там была вся необходимая ей информация. Даже счет был открыт на ее имя. Оливия сказала, что когда Морган ее увидит, то сразу полюбит. Конечно же, он с радостью вдесятеро возместит этот убыток!

– Мы можем обойтись без моей матери, – сказала Спенсер. – У меня есть счет на мое имя, я хочу перевести деньги с него.

– Отлично! – без малейшего колебания отозвался Майкл. По-видимому, ему нередко приходилось иметь дело с богатенькими нью-йорскими отпрысками, имевшими собственные счета. Спенсер дрожащим голосом продиктовала ему цифры с экрана. Майкл повторил их, потом сказал, что для завершения сделки ему осталось только позвонить владельцу квартиры. Они договорились встретиться перед домом в четыре часа дня в понедельник, чтобы Спенсер могла подписать договор аренды и забрать ключи. После этого квартира перейдет в ее распоряжение.

– Чудесно! – сказала Спенсер. Она отключилась и отрешенно уставилась на стену.

Она это сделала.

Она действительно это сделала!

Через несколько дней ее здесь уже не будет. Она будет в Нью-Йорке, вдали от Роузвуда. Скоро Оливия вернется из Парижа, а Спенсер начнет привыкать к городской жизни. Она представила, как будет встречаться с Оливией и Морганом за простыми семейными ужинами в их квартире, и за изысканными ужинами в «Готэме» и «Ле Бернарден». Она уже видела себя в компании новых друзей, среди утонченных людей, которые любят посещать бенефисы и художественные выставки, и им будет наплевать, что когда-то Спенсер преследовала банда лузеров, называвших себя «Э»! Потом она подумала о парнях, с которыми будет встречаться, и вдруг почувствовала укол грусти – ведь ни один из них не будет Эндрю. Но стоило Спенсер вспомнить о том, как гнусно он повел себя с ней сегодня в школе, как она решительно помотала головой. Сейчас она не будет думать об Эндрю. Ее жизнь вот-вот полностью изменится!

В голове у нее было пусто и вязко, словно она выпила. Руки и ноги мелко тряслись от радости. Кажется, у нее уже начались галлюцинации – когда Спенсер взглянула в окно, то увидела лучи света, скачущие по стволам деревьев, как будто кто-то устроил световое шоу в ее честь.

Нет, постойте…

Спенсер встала. Лучи оказались светом фонарика, шарящего по деревьям. Кто-то, присев на корточки, рылся в земле. Исследовав одно место, неизвестный выпрямился, на полусогнутых ногах отошел влево и стал копаться там.

У Спенсер похолодело в животе. Это точно не мог быть полицейский – они закончили поиски в лесу несколько дней назад. Она приподняла окно, чтобы прислушаться. К ее ужасу оконная рама издала жуткий скрежет. Спенсер сморщилась и отскочила в сторону.

Фигура застыла, потом повернулась к амбару. Луч фонарика хаотично заметался по сторонам: влево, вправо, потом на миг выхватил из темноты лицо неизвестного. Спенсер увидела белки голубых глаз. Силуэт черной толстовки с капюшоном. Пряди знакомых светлых волос.

Она недоверчиво сморщила нос. Это что… Мелисса?

В следующее мгновение фигура метнулась в темноту, как будто Спенсер окликнула ее вслух. Прежде чем Спенсер успела убедиться, действительно ли это была ее сестра, фонарик погас. Хрустнули ветки. Судя по всему, неизвестный уходил прочь. Шаги становились все тише, пока совсем не растворились в шелесте деревьев.

Убедившись, что неизвестный ушел, Спенсер выбежала из амбара и бросилась к тому месту, где он только что копался. Так и есть, земля была рыхлая и мягкая. Спенсер пошарила в темноте, но нащупала только камни и ветки, хотя земля показалась ей чуть теплой, как будто ее только что касались чьи-то руки. Подняв голову, она услышала едва уловимый звук, донесшийся из леса.