— Конечно, я была уверена, что вы приехали позже, — сказала она ядовито. — Я хорошо помню, как Шери сказала вам, что об этом написано в вечерних выпусках нью-йоркских газет, и вы пытались сделать вид, что удивлены и потрясены.

— Именно так вы рассказали об этом Шеллу? — оцепенело прошептал я.

— Конечно! — Она весело улыбнулась мне. — Вы выглядите измученным, Дэнни. Они что, били вас резиновыми шлангами или делали что-то еще ужасное?

— Думаю, они приберегли это для другого раза! — Я медленно привстал. — Девочки, извините меня, я...

— Конечно! — сказала Шери нежно. — Ложитесь сразу в постель, Дэнни, и хорошенько выспитесь этой ночью!

— Может быть, сказать, чтобы вам принесли горячий суп или молоко? — допытывалась Джекки. — Может быть, аспирин?

— Не надо ничего, — заверил я их, — и спасибо за все.

Если я не появлюсь утром, позвоните лейтенанту Шеллу, хорошо? Он-то уж наверняка будет знать, где я!

Вернувшись в свой номер, я приготовил напиток.

Такую ситуацию обычно принято называть парадоксальной, подумал я горько. С одной стороны, дикое алиби, которое состряпали для меня эти блондинки, спасло меня; однако они слишком разболтались, и это создало для меня новую угрозу. Конечно, Шелл уже отослал в Нью-Йорк парочку пуль, извлеченных из головы Вейланда, для сравнения с той, что была извлечена из головы Алисы Эймс. Кошмар, испытанный мною в полицейском участке Шелла, снова может стать реальностью — и вопрос лишь в том, сколько времени у меня осталось. Если повезет, то до утра: если же нет, то не больше шести часов. Я проглотил залпом остаток спиртного, засунув пистолет, отобранный мною у Чака Маккензи, в кобуру под мышкой.

Бросив ключи от номера на конторку, я услышал, как знакомый голос произнес:

— Добрый вечер, мистер Бойд.

— А, это мой друг-шантажист, Сэм Брикхаус! — Я улыбнулся клерку. — Вас передвинули на ночную смену?

— Меня попросил друг, — ответил он с большим достоинством.

— Не слышали ничего для меня интересного? — спросил я, не особенно церемонясь.

— Полиция разыскивала вас во время ленча, — прошептал он доверительно.

— Они нашли меня, — проворчал я. — Других новостей нет?

Он беспомощно пожал плечами:

— Из-за этой ночной смены я не смог ничего больше узнать.

— Давно вы здесь работаете, Сэм? — спросил я.

— Около пяти лет. Я прожил в Санта-Байе всю жизнь и не променяю это место ни на какое другое.

— Приятно слышать, — буркнул я. — Вы знаете человека, которого зовут Чак Маккензи?

— Конечно, — кивнул он, — он возглавляет крупнейшую строительную...

— Да не про этого Маккензи, — терпеливо начал объяснять я, — я говорю о его сыне.

— Не знал, что у него есть сын.

— Прошлой ночью он был в Луану-Рум. Не крутился ли он сегодня где-то здесь? Ему около тридцати, среднего роста и среднего веса, и у него такое среднее, ничем не примечательное лицо. — Я увидел, как несколько ошарашенный портье выдавил из себя улыбку. — В том-то вся и проблема, Сэм, что это ничем не примечательный тип!

— Но десятки таких людей проходят через вестибюль отеля каждый день! — произнес он беспомощно.

— Думаю, у каждого человека все-таки найдется хоть какая-то особенность — Меня начало охватывать отчаяние.