— Вопросы мистера Читтервика содержат в себе гораздо больше смысла, чем кажется, — пришел на помощь Маус.

— Да, разумеется, — с облегчением подтвердил мистер Читтервик, — Вот именно, больше смысла. Это так Совершенно так, А теперь, — воспрянув, продолжил мистер Читтервик, — у меня еще к вам один вопрос, по другому поводу. Я уже, насколько мне помнится, и прежде вас спрашивал, не можете ли вы объяснить, почему мисс Синклер назначила свидание майору в «Пиккадилли-Палас». И вы ответили, по-моему, что вы ничего на этот счет не знаете, во всяком случае, такое у меня сложилось впечатление. Но теперь вы можете ответить на этот вопрос иначе?

— Вы хотите спросить, знаю ли я сейчас о чем-то, о чем не знала тогда, и не утаиваю ли этого?

Да, мисс Гуль была очень прямолинейной молодой женщиной и столь же бестактной.

— Нет-нет. Господи помилуй, нет. Это было бы, конечно, совершенно невозможно. Я имел в виду другое, не можете ли вы вернуться памятью в прошлое и вспомнить какое-нибудь случайное замечание со стороны мисс Синклер, которое могло бы пролить свет на это обстоятельство? Я считаю вполне возможным, что она вдруг почувствовала необходимость объяснить, почему выбрала для встречи такое странное место. Более того, у меня такое ощущение, что она почти обязательно должна была это объяснить. Вы не можете ничего такого припомнить?

— Мне кажется, этот штрих ее поведения очень вас озадачил, — заметила мисс Гуль, впервые за все время выказав признаки любопытства.

— Да, именно озадачил, — просиял мистер Читтервик, обрадовавшись, что мисс Гуль проявила к происходящему слабый интерес. — По-моему, это самый неожиданный (я не говорю необъяснимый, потому что здесь должно быть какое-то объяснение) штрих в поведении мисс Синклер. В конце концов Зал для ленча в «Пиккадилли-Палас» — наименее подходящее место для нее, не так ли?

— Да, помню, я сама удивилась, когда она назначила там свидание, согласилась мисс Гуль.

— А вы уверены, — с таинственным видом осведомился мистер Читтервик, что это она назначила свидание?

— Что вы имеете в виду?

— Это не майор предложил, и она согласилась там встретиться?

— Но ведь полиция располагает письмом майора Синклера, который согласился встретиться с ней.

— О да. Точно так, но предложение о встрече могло с самого начала исходить и от него.

— Насколько мне известно, не могло. Это мисс Синклер продиктовала мне письмо, назначавшее встречу. Она никоим образом не объяснила свое желание и не делала никаких комментариев по данному поводу, когда это письмо вместе с другими я принесла ей на подпись.

Мисс Гуль явно устала от вопросов.

— Во всяком случае, это обстоятельство мне представляется весьма не важным. Возможно, мисс Синклер полагала, что для обсуждения важных вопросов ничто так не подходит, как людное место. Только в толпе можно быть по-настоящему одинокой.

— Но почему она не пригласила его на встречу в «Олдридж», где можно было повести разговор в абсолютном одиночестве?

— Право, боюсь, что не смогу ответить вам на этот вопрос, но вам не кажется, что, если бы предложение о встрече исходило от майора Синклера и она окончилась тем же результатом, это только набросило бы на него еще более мрачную тень? — колко заметила мисс Гуль.

— Да, совершенно верно. Это могло быть, разумеется, именно так, забормотал несколько смущенно мистер Читтервик.

Мистеру Читтервику тоже так казалось, но ему не хотелось подчеркивать это обстоятельство в присутствии такого рьяного защитника майора Синклера, как Маус. Сам мистер Читтервик принял твердое решение не занимать ни про-, ни антисинклеровскую позицию.