Loading...
Изменить размер шрифта - +

Они поднялись на седьмой этаж.

Через минуту Герберт Гаррис открыл им дверь. Он был в рубашке с короткими рукавами, без галстука, небритое лицо казалось утомленным и постаревшим. В руке он держал бокал для коктейля. Гаррис ошеломленно уставился на Шейна и его спутников.

— Мистер Шейн! Ради всего святого, что вы делаете в Нью-Йорке?

— Вы ведь наняли меня, чтобы я выполнил одну работу,— спокойно ответил ему Шейн, проходя мимо отступившего в сторону Гарриса в большую красивую и очень чисто прибранную гостиную.

У дверей, ведущих в ванную комнату, стоял чемодан, поверх которого лежал пиджак Гарриса.

— Вы уплатили мне крупный гонорар,— добавил Шейн.— И я намерен его отработать. Кстати, со мной два детектива из Нью-Йорка.

Гаррис вежливо кивнул, но видно было, что он еще больше озадачен, чем вначале.

— Я ведь нанял вас, чтобы вы помогли найти мою жену, которая исчезла,— пробормотал он.— Я вполне удовлетворен результатами, которых вы достигли.

Шейн сказал:

— А я нет. Я все еще ищу вашу жену, Гаррис.

— Вы еще… ищете ее?…— Гаррис говорил еле слышно.— Но она… похороны состоялись вчера утром.

Шейн покачал головой.

— Это были похороны не вашей жены. Вчера утром в Майами было кремировано тело Рут Коллинз. Где прячется ваша жена?

— Это просто фантазия! — Гаррис упал в кресло, прижав левую руку к лицу.— Вы что, с ума сошли? Десятки людей в Майами опознали мою жену по фотографии.

Шейн мягко сказал:

— О… В Майами в понедельник вечером действительно была ваша жена. И она изо всех сил старалась привлечь к себе внимание. Но только в багажнике арендованной ею машины было найдено не ее тело, это была Рут Коллинз.

— Но она… это была Эллен! — отчаянно закричал Гаррис.— Полиция в Майами-Бич взяла у нее отпечатки пальцев, и из Нью-Йорка было получено решительное подтверждение.

— Мне все это известно. Детектив Ферми именно тот человек, который снимал в вашей квартире отпечатки пальцев. Расскажите нам, как это было, Анджело.

— Квартира была выскоблена и вычищена, — начал, пожав плечами, Ферми,— но, конечно, всегда остаются какие-то отпечатки, как бы тщательно их ни уничтожали. Я поработал в ванной и в спальне особенно тщательно. Опылил гардероб и нашел множество отчетливых отпечатков примерно недельной давности. Кроме этих женских отпечатков, были мужские, а также отпечатки пальцев еще одной женщины. Я решил, что эта вторая женщина — прислуга.

— Вот вам, пожалуйста,— вмешался Гаррис,— как же вы можете возражать против этого?

— Я вовсе и не возражаю. У меня просто есть другое объяснение. Я уверен, что вы с вашей женой устранили, насколько сумели, все ее отпечатки в квартире, прежде чем она улетела в Майами. В тот же день, в понедельник, вы вернулись с работы домой вместе с вашей секретаршей Рут Коллинз. В тот день она ушла из дома с чемоданом, якобы для того чтобы провести отпуск в Катсхилле. На самом же деле она, довольная и счастливая, появилась в этой квартире, чтобы играть роль хозяйки во время двухнедельного отсутствия миссис Гаррис.

Вы предложили Рут воспользоваться ванной и туалетным столиком вашей жены. Когда вы удостоверились, что отпечатков пальцев более чем достаточно, вы застрелили ее. Вы, должно быть, в самом деле ненавидели ее, если решились на такое! Какую власть она имела над вами? Может быть, знала о каких-то незаконных сделках? Или, возможно, вы запустили руку в кассу и потому вам так нужны были деньги по страховке?

— Нет, нет, нет! — закричал Гаррис, теряя самообладание под градом обвинений Шейна.

Он вскочил на ноги, уронив бокал на ковер.

Быстрый переход