— Мать, а я им завидую. Никто с ними не мучился. Как жили, так и умерли. Богу тоже опера нужны, что бы черти, не колобродили.

— Мученик, ложись спать.

— Мать, ты завтра к вечеру какой ни будь вкусняшки приготовь, да сестер пригласи, посидим, маленько.

— Посмотрим, что у нас по финансам. Ближе к обеду позвони. Звонок будильника раздался как выстрел. Игорь, аж подпрыгнул на кровати. За окном было еще темно. Выключив будильник и схватив одежду в охапку, он выскочил в зал. Умывшись и сбрив трехдневную щетину, он оделся и прошел на кухню. Заглянул в холодильник, но есть не хотелось. Хотя пол холодильника было забито салатами, какими-то мясными блюдами. Остатки от неудавшегося пира.

— А, черт с ним, хоть Железяку накормлю, не пропадать же добру. — Подумал Игорь. Он положил в пакет бутылку сухого вина с непонятными иероглифами, пару салатов и отломил пол жареной курицы. Через двадцать минут он уже вышагивал по городу, который в праздничный день, как и положено, с утра был пуст. Лишь изредка попадались серые, смурные личности в полуживом состоянии. Когда Игорь зашел в дежурку, было начало десятого. Разрешение, на работу с Железякой, лежало у дежурного. Игорь взял его и поднялся в кабинет. Выложив продукты в холодильник, Игорь спустился в дежурку, где попросил выделить автомашину, что бы привезти Железяку. Дежурный, от просьбы Игоря, аж, зашипел.

— Мужики, вы совесть имейте. Алик пришел, ни свет, ни заря, забрал автомашину. Сказал, что будет через полчаса, до сих пор нет. Перед тобой Витя из ГОМа позвонил, кого-то ему к следователю вывезти надо. Тому я отказал, сказал, что бы на месте машину искал. Теперь ты нарисовался. Нам на сутки дают пятнадцать литров бензина. Я, что, за свой счет должен заправлять? Случись что, предлагаешь на метле лететь. Ладно, привезем твоего жулика, тут недалеко. Только в порядке очереди, жди, когда Алик освободиться.

— Голова не болит, а то я, бутылочку сухого прихватил.

— Игорь, решил пилюлю посластить? Да, плохо мне, но машины все равно нет.

— Да, при чем здесь, автомашина? Не буду же я один, втихаря пить.

— Хорошо. Ты, иди к себе, я помощнику скажу, что пошел на обход. Пять минут без меня посидит.

Пока дежурный поднимался, Игорь нашел штопор, открыл бутылку и разлил вино по кружкам. Из холодильника он достал нарезанный лимон. Когда дежурный зашел, они подняли кружки, пожелали друг другу удачи и выпили, зажевав лимоном. После чего дежурный заторопился и ушел. Игорь подошел к окну, открыл форточку и закурил. День был пасмурный. Солнце спряталось за свинцовые тучи, как будто почувствовало его настроение. Хотя он и пытался гнать от себя эти мысли. Игорь, даже не мог представить, как будет жить на гражданке, без этого надрывного, бешеного темпа. Раздался телефонный звонок и Игорь поднял трубку. Дежурный сказал, что подъехала автомашина. Оперативник надел куртку, и спустился. Когда Железяку вывели из камеры, Игорь его еле узнал. Вместо цветущего молодого парня, ссутулившийся, с землянистым цветом кожи, мужчина. Как будто Железяка впитал в себя эту серость камер и запах немытых тел. Увидев опера с собровцем, Железяка иронично ухмыльнулся и протянул руки, на которых Игорь застегнул наручники. В каких бы ты хороших отношениях не был с задержанным, но жулик остается жуликом. Все ведомственные инструкции пишутся кровью. Дежурный УАЗ стоял на стоянке. Железяка и сопровождающие его, сели в автомашину.

— Игорь, а где Алик с Виктором, а то я уже соскучился?

— В отделе поговорим.

— Если узнали, кто я такой, может и поговорим. Иначе смысла нет, только время потеряете.

— Тебе в камере лучше? У нас, глядишь, маленько развеешься.

Возле здания УБОП, все вышли из автомашины. На улице было, не по зимнему тепло, если бы не резкий, порывистый ветер.