Я слушал не особо внимательно, ведь это было очевидно.

— Понимаю, — кивнул я. — Молот вызывает детонацию материалов.

Говоря это, я принялся устанавливать рапиру в углублении.

— Благодаря сверхскорости полужидкий проводник просто не успевает найти выход из формы, — продолжил я. — То есть, для защиты заготовки от уничтожения молотом вы используете законы физики, а именно, равномерное распределение давления в жидкостях, так ведь?

— Так, — Харрингтон-младший явно был озадачен тем, насколько хорошо я разобрался в принципах работы Колосса.

Я кивнул и подал знак работникам, чтобы заливали, а сам продолжил:

— Материал формы для заливки обладает экранирующими свойствами и не позволяет энергии выйти наружу. В итоге в момент удара у энергии попросту нет выхода, и она фактически впечатывается в заготовку.

— И это верно, — уже немало удивленный, кивнул толстяк.

— А так как проводник жидкий и обволакивает предмет, то насыщение происходит по всей поверхности, — закончил я. — Главное, чтобы форма для заливки выдержала удар. И сдается мне, этот невзрачный на вид камушек-наковальня стоит целое состояние.

— Браво, — Харрингтон-младший даже сделал несколько хлопков и пошутил: — Виктор, из вас получился бы превосходный промышленный шпион. Я начинаю понимать, почему отец потребовал взять с вас подписку о неразглашении, хоть вы всего лишь практикант.

Пока мы говорили, установленную в нише рапиру залили густой черной жидкостью — проводником. Поверх установили еще одну деталь — для внедрения в артефакт аномальных материалов. Занимавшийся этим инженер повернулся ко мне.

— Ваш ход, господин артефактор, — произнес он.

Сказано это было хоть и с легкой насмешкой, но не обидно. Самоуверенным недорослем меня здесь уже не считали.

— Спасибо, — кивнул я.

Скользнув к столам, я начал выкладывать материалы. Самые важные, что у меня были заготовлены, в ход не пошли. Первая попытка должна была стать «пристрелкой». На ее основе я собирался произвести уточняющие расчеты и уже потом только сделать настоящее оружие.

Размышляя об этом, я начал раскладку. Именно от верности этого процесса и зависела львиная доля успеха. Благо, здесь я проштудировал все от и до.

Аккуратно я выложил все материалы, оградив их друг от друга специальной пластиной и зафиксировав. При ударе молота они должны выпустить свою энергию в жидкость проводника, окружившего заготовку, и только в этот момент смешаться.

Все дело заняло несколько минут. Наконец, охлопав ладони, я отошел и кивнул наблюдавшим за мной инженерам.

— Готово, — произнес я. — Можете запускать.

— Тогда ждем, когда молот приготовят к активации, — пожал плечами инженер.

Дальнейшее затянулось на несколько часов. Вечно занятый Стэнли ушел, я же снова и снова перепроверял расчеты. Все было верно, но почему-то мне казалось, что я будто что-то забыл или просчитался.

«Наверное, просто накручиваю себя, — в очередной раз получив верные результаты, отмахнулся я от этой мысли. — Нервничаю из-за ограниченного количества попыток».

Громкий гул привлек мое внимание. Отвлекшись, я увидел, что молот уже взводится вверх, в предстартовое положение. Поняв, что скоро увижу результат своих трудов, я отложил расчеты.

Сновавшие тут и там работники поторопились освободить территорию. Я увидел, как на постах операторов активировались стационарные щиты — на случай непредвиденной ситуации.

— Все готово, ждем вашей команды, — сказал инженер, обращаясь ко мне.