«Двадцать седьмой», — приговаривал я, глядя на сменяющие друг друга таблички с номерами домов.

Наконец мы дошли до второго десятка. Дальше ехать на заметном энергомобиле уже не имело смысла.

— Остановите здесь, пожалуйста, — произнес я.

— Как скажете, сэр, — выдал заученную фразу водитель.

— Можете возвращаться, — произнес я, уже выйдя из энергомобиля. — Ваши услуги мне сегодня больше не понадобятся.

Не став слушать благодарности, я закрыл дверь и отошел в тень, прочь от яркого света фар энергомобиля. На улице я находился на вполне законных основаниях, но и лишний раз светить лицом не хотелось.

Когда свет рассеялся, я направился в сторону нужного мне дома. Улица освещалась тусклым слабенькими фонарями, так что в сумерках моя фигура не привлекала внимания.

Миновав несколько небольших домов, я наконец вышел к нужному. Если верить табличке, впереди располагалось городское жилище Стоунфилдов — семьи, которая подослала ко мне убийц.

Здесь меня ждал неприятный, но вполне ожидаемый сюрприз.

«Вот тебе на, — удивился я. — А дом-то явно нежилой».

Заколоченная толстыми досками калитка красноречиво об этом свидетельствовала. Да и без нее признаков хватало. Ужасно заросший сад за покореженной оградой, отсутствие света и общий брошенный вид — все говорило о том, что здесь давно никто не живет.

Времени на долгие раздумья не было. Я схватился за прутья и перепрыгнул калитку, высота которой была намного ниже основного забора. Тут же я оказался в зарослях. Дорожка от калитки теперь превратилась в узкую, едва заметную тропинку, затянутую жухлой прошлогодней растительностью.

«Все выглядит так, будто здесь минимум пару лет никого не было, — подумал я, осматривая особняк. — Но так ли это?»

Оказавшись во дворике, я скрылся от случайных любопытных взглядов, так что дальше можно было действовать спокойно. Первым делом я активировал чутье одержимого, но никакого присутствия жизни закономерно не обнаружил.

— Ну, что ж, — произнес я себе под нос. — Глянуть все равно не помешает.

Я подошел к дому. Здесь заросли были не такими густыми, позволяя обойти строение, что я и сделал. На заднем дворе принципиально ничего не изменилось. Только здесь уже точно никто не мог меня видеть, позволяя действовать более открыто.

Применяя простейшие плетения, я тихо снял доски с заколоченного окна. Ставни с запыленными окнами были заперты изнутри, но открыть их также не составило труда. Используя шумопоглощающие плетения, я абсолютно тихо открыл их.

«Вот так, если со службой не срастется, стану взломщиком», — пошутил я.

Рывком я взобрался на подоконник и перекинул ногу, чтобы влезть в помещение. В лицо пахнул затхлый пыльный воздух.

Отодвинув занавеси, я наконец осмотрел помещение, в котором оказался. Бедно обставленное, кажется, оно было когда-то всего лишь комнатой для прислуги.

Не заметив здесь ничего интересного, я на всякий случай закрыл окно, после чего продолжил осмотр особняка. Скрипнув давно не смазанной дверью, я вышел в коридор.

Обшарпанные стены, уляпанные грязью полы и одновременно с этим — роскошная мебель и дорогая отделка. Все это напомнило мне о другом таком же доме и пробудило ярчайшее воспоминание, вслед за чем мозг накрыла волна эмоций. Мои ладони сжались в кулаки, захотелось спалить тут все к чертям собачьим.

— Соберись, Виктор, — одернул я себя. — Это уже давно пройденный этап, а те уроды гниют в земле.

Помещение до боли напоминало логово мясников, где я и появился в этом мире. Особого смысла в этом наблюдении, впрочем, не было. Но один вопрос в голове все же возник.

«Насколько часто дворяне предоставляют свои владения для этого грязного бизнеса?» — подумал я.