С другой стороны… то, что сейчас честно озвучил Анатолий Семенович, — это… это то самое предложение к сотрудничеству, которого мне так не хватает. Боярство? Титул мне не так уж нужен, а вот личные… мои собственные связи в этом гадюшнике, что по какому-то недоразумению называется «светом», ой как пригодятся. И дело тут не в недоверии к Бестужевым, а в обычном… кхм, кажется, фраза о яйцах и корзине прочно поселится в моем лексиконе. М-да, интересные дела творятся в мире…

Что ж, минусы и плюсы взвешены и оценены, можно и спасением будущего союзника заняться. Возможного союзника… поскольку с ходу кидаться составлять договор я не стану точно. Нет, принципиальное согласие я дам, а вот о деталях… над ними надо будет хорошенько посушить голову. И желательно не в одиночку. Решено.

— Анатолий Семенович, — окликнул я зависшего полковника.

— А? — Полковник перевел на меня потухший взгляд.

— Я согласен.

Каменная маска на лице Вербицкого дала трещину и «осыпалась», открывая безмерное удивление.

— Почему? — после минуты молчания хрипло спросил полковник.

— Я был бы идиотом, наживая себе таких последовательных врагов, как род Вербицких, — пожал я плечами.

— Последовательных? — явно еще не веря в мои слова, нахмурился собеседник.

— То упорство, с которым вы идете к цели, очень многое говорит о семейных чертах характера, и я не думаю, что это свойство распространяется лишь на стремление к титулу. А значит, в случае чего, и противниками вы будете не менее настойчивыми, не так ли? — Я улыбнулся. — Ну а кроме того, зачем плодить врагов, если есть возможность обзавестись друзьями? Где мне расписаться кровью, Анатолий Семенович?

— Р-ра! — Полковник взвился над столом и, хлопнув по кнопке селектора, буквально прорычал в него, что абсолютно не вязалось с расплывшейся на лице улыбкой. — Саня, Марию сюда, немедленно!

Надо отдать должное девушке, слова отца о будущем учителе ее еще не существующего даже в проекте ребенка Мария встретила стоически. Внешне. Потому как Эфир все-таки дрогнул от ее смущения.

— Учителем… ага. Уже хорошо, — вздохнув, задумчиво проговорила девушка, и взгляд ее неуловимо изменился.

— Но-но! За избыток кальция в организме Ольга нас обоих на электрический стул пристроит, — фыркнул я, распознав засветившие Эфир эмоции. — А близняшки еще и помогут зафиксировать, чтоб не дергались.

— Э-э… — Лицо девушки приняло недоуменное выражение. — А ты с ними что… тоже?..

Это называется фейспалм!

— И ты туда же! — Это был стон души, честное слово!

— А значит, правду про вас в гимназии говорят, — торжествующе провозгласила Мария под изумленным взглядом своего отца. Да чтоб его!

— Маша, предупреждаю, еще хоть одно слово этого бреда — и учителем твоих детей мне не стать никогда в жизни, — со свистом выпустив воздух через сжатые челюсти, процедил я. — У покойников детей не бывает, знаешь ли.

— Да ладно-ладно… — фыркнула улыбающаяся Вербицкая.