Как оказалось в виду неловкого и недолгого диалога, отважная женщина, которую слегка попутал бес, уже подала заявки с фамилиями учеников. Это уже были не наши проблемы… ровно до момента, пока по громкоговорителям школы я не был вызван в кабинет директора прямо перед тем, как переобувшись, собрался домой.

Возле ждавшего меня Тадамори стояла моя классная руководительница с встрепанным, но торжествующим видом.

- Кирью-кун, - взгляд директора был прям, тяжел и мудр, как обычно и бывает у людей, желающих продавить свою позицию без особых затрат, - Я выслушал аргументы Кумаситы-сенсей и пришёл к решению, что вам нужно участвовать в этом конкурсе.

- Я готов принять участие, если таково ваше решение, директор-доно, - кивнул я, - За исключением момента поездки, точнее, её сроков. Вечер среды и все воскресенье полностью исключены. У меня есть обязательства, которые я не буду нарушать из-за школы. В остальном – жду материалы от вас, Кумасита-сенсей.

Легкий формальный поклон в сторону двух крайне недовольных людей.

- Кирью-кун, подобные условия неприемлемы! - не выдержала классный руководитель, - Уже составлено расписание финала и прислан регламент…

— Это не является моими проблемами. Саму возможность участия со мной никто не оговаривал. Я назвал условия, на которых мой договор с директором Тадамори вообще может быть соблюден, они полностью в рамках соглаше…

- Кирью-кун!!

- Мне писать заявление о переводе? – уточнил я у директора, не обращая внимания на повысившую голос преподавательницу.

- Давайте не будем обострять на пустом месте! - очнулся тот, - Кирью-кун, ты точно…

Потребовался целый час обсуждений, в течение которого мы нашли устраивающий нас формат взаимодействия, но, кажется, я приобрел врага в виде классной руководительницы. Толстенькая очкастая Кумасита была крайне недовольна тем, что ей теперь придется вместе со мной ехать на финал в совершенно другой день, чем намечала заранее, но утихла, когда поняла, что её личный интерес может быть заметен со стороны. Я же, отметив, что у преподавательницы могут быть иные мотивы насчет меня или самой поездки в Канто, отложил этот вопрос, оставив в памяти зарубку быть бдительнее к этой полной сюрпризов учительнице.

А затем меня попытались обмануть.

- Как? Мы же договорились? – нахмурился сидящий в директорском кресле мужчина, - Конечно же, ты передашь все Коджиме-куну. И получишь его согласие.

- О нем речь не шла, мы говорили только обо мне, - я достал из кармана мобильный телефон, - Желаете прослушать весь наш разговор, Тадамори-сан?

- Ты… всегда записываешь разговоры, Кирью-кун? – спустя минуту молчания процедил директор, нервно дернув веком.

- Всегда, - сухо отрезал я, - и это оправдано. Итак, вы желаете прослушать…

- Нет! Что ты хочешь за то, что уговоришь Коджиму принять участие в конкурсе? – обезоруженный директор, явно не желающий внутреннего конфликта в Аракаве (но почему-то крайне заинтересованный в ничтожном конкурсе), сдался.

- Свободное посещение.

Кумасита Оюки издала звучный хрюкающий звук, на который мы с директором Тадамори оба синхронно повернули головы.

Спустя часа полтора я уже сидел в гостях у Коджимы Рио, причем не один, а почему-то вместе с Хиракавой Асуми, выскочившей как будто из ниоткуда после того, как я закончил общение в кабинете директора. Синеглазая, разумеется, была тут не просто так, а по делу.

- То есть ты думаешь, что это ловушка на меня? – нахмурившись, переспросил обряженный в домашнее блондин, вольготно раскинувшийся на диване в огромном зале перед телевизором апокалиптических размеров.

- Не думаю, а почти уверен, - кивнул я, - Кумасита рисковала карьерой, но при этом чуть ли не нарывалась на конфликт. Что она пообещала директору за поддержку, я не знаю, но уверен, что её главной целью было вытащить тебя через меня в Киото.