В иллюминаторах бурлила синяя вода, предательская мысль бросить всё и утопиться посещала мою голову. Но я не мог. Хотя бы до тех пор, пока не отомщу.

Я ходил по каюте, иногда крушил мебель, иногда спал беспокойным пьяным сном, иногда просто лежал и смотрел в потолок. До тех пор, пока в дверь не постучали.

— Что стряслось, чёрт подери!? — крикнул я, кое-как разлепив ссохшиеся губы.

В глотку словно насыпали песка.

— Куба на горизонте, сэр! — раздался приглушённый голос из-за двери.

Я выругался. Если мне повезёт, то скоро всё решится. Я кое-как оделся, взял оружие, поглядел мутным взором в зеркало, из которого на меня смотрело чудовище. Сальные клочья волос, грязные бинты на лице, прикипевшие к ожогам, взгляд, полный нечеловеческой злобы. Я с размаху саданул по зеркалу кулаком, оно разлетелось на мелкие осколки. Но из каждого на меня продолжало смотреть всё то же чудовище.

Широким шагом я выскочил на палубу, не отвечая на приветствия матросов и офицеров. Я сразу отправился на бак, взглянуть на горизонт впереди. Я достал из футляра подзорную трубу, протёр стекло краем рукава, и уставился вдаль. На горизонте виднелась лёгкая дымка над тонкой зелёной линией.

— Там впереди Сантьяго, — прорычал я. — Форты, патрули, и куча испанцев. Батабано немного в другой стороне.

Матросы заткнулись, не зная, что ответить.

— На три румба влево, — приказал я, не сомневаясь, что моряки выполнят приказ в точности.

Пройдём вдоль южного побережья, обогнём остров Пинос, выйдем к мысу Кахин, затем повернём в Юкатанский пролив и будем ждать там. Искать приключений. Мой бриг, предателей и испанский Золотой флот.

Ко мне подошёл боцман, тяжело опираясь на трость.

— Здравствуй, Пит, — сказал я.

Старик только махнул рукой в ответ.

— Команда недовольна, — сказал он. — Считают, что ты растерял весь запал. Пороху не осталось.

— Ты тоже так считаешь? — спросил я.

— Эдди, ты запираешься у себя и пьёшь, пока остальные не знают толком, что делать. Старпом ещё зелёный совсем. У других нет авторитета.

Я хмыкнул и пожал плечами.

— Не удивлён, почему тебя высадили с брига. Там тебе тоже было плевать на команду? — спросил боцман.

— Там. Всё. Было. Отлично, — процедил я. Старик наступил мне на больную мозоль.

— Если бы так и было, ты бы до сих пор на нём ходил. Пора тебе начать учиться на ошибках, Эдди, — произнёс он. — Возьми себя в руки и стань капитаном, которого мы заслуживаем, чёрт побери.

Я вздохнул и убрал подзорную трубу в футляр. Старик был, как всегда, чертовски прав.

— Ты чертовски прав, Пит. Хватит пить и распускать нюни.

— Рад слышать, Эдди, рад слышать, — улыбнулся боцман и заковылял прочь, покрикивая на матросов чисто для проформы.

Я закрыл глаза и провёл рукой по остаткам волос. За последние месяцы я приобрёл больше, чем за те годы, когда командовал бригом, но что-то до сих пор влекло меня, заставляло идти вперёд. Принципы? Не уверен. Жажда отмщения? Мне уже было почти плевать, благодаря им я достиг гораздо большего. Скорее всего, это было желание доказать самому себе и всему архипелагу, что капитан Эд Картер не забывает и не прощает. Что я сильнее. И я должен быть сильнее даже самого себя.

Ветер переменился, и я дважды резко хлопнул в ладоши.

— Убирайте марсель, фок перебрасопить! — зычным командирским голосом, выработанным за годы капитанства, закричал я. — Тяните быстрее, дьявол вас раздери! Уотерс, это не тот канат, тупая ты обезьяна!

Матросы принялись за дело, но я видел, что они улыбались.