Откуда‑то из‑за головы раздался скрип открываемых дверей, и секунду спустя из лабиринта вспомогательного оборудования в его поле зрения вышли четыре фигуры в белых халатах.

Теперь отвлекающий маневр стал жизненно важным. Солдаты и люди, которые принесли носилки, могли не обратить внимания на его поверхностное дыхание и на то, что кожа на груди все еще кровоточила. Но от внимания приближающихся к нему докторов такие факты ни за что на свете не ускользнут. Ему во что бы то ни стало нужно было удержать их на расстоянии, прежде чем они поймут, что он еще жив.

Теперь их лидер находился от него всего в одном метре. Настроив акустическое излучение, действующее во всех направлениях, Уинуорт придал ему самую низкую частоту и задержал дыхание.

Их реакция оказалась именно такой, на какую он и рассчитывал. Как только невидимая волна ударилась в ближайшего квасаманина, он дернулся и остановился. Второй шла женщина, она налетела на него и едва не упала. На минуту они застыли, сбившись в небольшую кучку, чуть дальше самой неблагоприятной зоны. Он слышал их озабоченные и полные раздражения голоса. Уинуорт, стиснув из‑за неприятного, выворачивающего внутренности звука зубы, ждал их следующего шага.

Он последовал довольно быстро и послужил еще одним доказательством того, как сильно главное командование хотело немедленного вскрытия Кобры. Приказав жестом всем отойти назад, лидер взял со стоящего рядом подноса острый с виду инструмент и подступил к столу. Он протянул руку, чтобы стащить с Уинуорта китель, и со сдавленным криком отскочил в сторону, поскольку акустический деструктор опалил кисти его рук. Преследуемый одним из его группы, он обогнул стол и через заднюю дверь с воплем выскочил из комнаты.

Дверь распахнулась и снова закрылась, некоторое время двое оставшихся квасаман, прижавшись друг к другу и испытывая чувство благоговейного страха или ужаса, о чем‑то перешептывались. Уинуорту не терпелось узнать, какой следующий шаг они предпримут. Но скрежетание его акустики в сочетании с пульсирующей болью в груди и лице туманили его мозг, мешая логически думать и рассуждать.

На этот раз ему снова не пришлось долго ждать. Один из двоих тоже исчез за дверью, но спустя минуту вернулся, держа в руке бухту изолированного электрического кабеля. Схватив с подноса для инструментов нож, тот с одного конца провода начал срывать изоляцию, в то время как второй квасаманин воткнул другой конец кабеля в розетку, которая оказалась гнездом для заземления и располагалась под электрической розеткой в стене. И Уинуорт с нарастающим восторгом понял, что долгожданная пауза, на которую он так надеялся, приближалась.

Несомненно, квасамане пришли к скоропалительному выводу, что их коллега, прикоснувшись к телу Кобры, получил электрический ожог. И теперь они собирались попробовать отвести от него ток.

Прошла еще минута, и они были готовы. Первый квасаманин вернул нож на поднос и размахнулся обнаженным медным проводом, готовясь набросить его на грудную клетку Уинуорта. Слегка передвинув правую руку, Уинуорт нацелил лазер на розетку, посредством которой был заземлен кабель. Ему понадобится немало усилий, но иного выбора, как попробовать это, у него не было. Медная змея взвилась в воздух и упала ему на грудь, а Уинуорт выстрелил.

Действительно это стоило ему значительных усилий. На мгновение у него замерло сердце, когда он увидел, как чистый свет его лазера прокладывал свой одиночный путь в воздухе, не получая никакого подкрепления от емкостей, спрятанных в глубинах полости его тела.