|
Оказывается, после моего побега маленький рыцарь подружился с нашим тюремщиком и оба выбрались на корму, где сэр Джаспер произнес речь, подобную которой никто на борту не слыхивал до сих пор: одна половина команды корчилась от смеха, а вторая просто онемела от изумления. В конце концов, убедившись в том, что мертвец, о тело которого я споткнулся при побеге, умер не от моей руки, они избрали сэра Джаспера капитаном взамен Неда Солткомба, и он уже собирался приступить к моим розыскам, когда в поле зрения появился «Сан-Хуан», и таким образом все разрешилось ко всеобщему удовлетворению. Более того, я узнал, что оба судна стоят теперь на якоре в гавани Порт д'Эспань рядом с галеоном, прибывшим сюда согласно приказу Солткомба, и никто не сожалеет о гибели последнего; испанцы же, смертельно напуганные нашим присутствием, весьма с нами любезны и оказывают нам всяческие знаки внимания. Все находились в отличном расположении духа, за исключением Саймона, так как Ионас Сквобблз улизнул на берег и мой друг подозревал, что бездельнику удалось раздобыть кое-какие сведения о сокровище. Как бы там ни было, мы рассказали всю историю сэру Джасперу, считая его, несмотря на некоторую чудаковатость, добрым и верным товарищем, и в конце концов решили как можно скорее отправиться на поиски сокровища. Подобрав двадцать пять человек надежных ребят, выразивших желание сопровождать нас в нашей частной экспедиции, мы перебрались на борт «Фрэнсиса», переименованного из «Сан-Хуана», и распрощались с «Золотым драконом», готовившимся в обратный путь в Англию, поскольку его команда, утомившись от долгого плавания, получила солидный куш от дона Гомеса и прочих испанских аристократов с «Сан-Фернандо», который дон Гомес решил выкупить и продолжить на нем свое путешествие в Гвиану, будучи человеком настойчивым и нелегко отказывающимся от намеченных целей. Затем, строго соблюдая тайну нашей экспедиции, мы подняли паруса и направились к северу, через пролив Драконья Пасть, но ветер сыграл с нами злую шутку, внезапно стихнув, и течение, о котором я уже упоминал, понесло нас на прибрежные камни. Все наши усилия спасти судно оказались тщетными, и «Фрэнсис» с пропоротым днищем засел на рифах в полумиле от берега. К несчастью, пятеро наших товарищей погибли, утонув во время крушения, но остальным удалось спастись и даже переправить кое какие припасы, оружие и порох на твердую землю.
Угнетенные и подавленные столь трагическим началом нашего путешествия, мы тем не менее продолжали поиски дерева сейба, о котором говорил индеец, хотя сопровождавшие нас люди даже не догадывались о наших истинных целях, так как мы держали их в строгом секрете. Вскоре мы убедились, что пробираться через лес было далеко не легким делом, поскольку постоянно приходилось карабкаться то вверх, то вниз, взбираясь на крутые обрывистые склоны или спускаясь в узкие долины с мчащимися по их дну горными потоками кристально чистой ледяной воды, бурлящей и пенящейся на каменных порогах или стремительными водопадами низвергающейся с высоких скал, над всем этим нависали густая листва могучих деревьев и поросшие ползучими и вьющимися растениями отвесные утесы, соблазнявшие усталых путников отдохнуть в их приветливой тени. Это была необычная, дикая и прекрасная земля, что, однако, нисколько не облегчало нашего продвижения вдоль ее северного побережья в безуспешных поисках одинокого дерева в месте слияния трех горных цепей Не были мы застрахованы и от несчастных случаев: один из наших спутников, преследуя небольшое животное, напоминавшее свинью, сорвался со скалы и сломал себе шею; двое других повздорили, в результате чего нам пришлось тащить на себе раненого, пока он не поправился. Так продолжалось почти целую неделю, но ничего похожего на одиноко стоящее высокое дерево мы на своем пути не обнаружили. В конце концов люди начали роптать и, несмотря на все уговоры сэра Джаспера и наши щедрые посулы, решили вернуться в Порт д'Эспань; никакие просьбы и увещевания не помогли, и. |
