— Я придумал новое название для твоих солдат, Марк, — объявил он. — С этой минуты мы будем называть их мушкетерами.

Марк с Григорием переглянулись. Было почти комично смотреть, как оба попытались произнести название.

— Мне нравится, — объявил Григорий после минутных экспериментов.

Марк кивнул.

— И мне тоже! — воскликнул он.

Подошел еще один человек, пробиравшийся вслед за Григорием, и теперь Велисарий по-настоящему широко улыбнулся.

— И кто у нас здесь? — спросил он. — Трое мушкетеров?

Григорий недобро посмотрел на вновь прибывшего, которого звали Феликс из Халкедона. Потом точно так же гневно посмотрел на Марка из Эдессы.

— Дай мне передохнуть, полководец, — проворчал он. — Не хочу я сражаться этими новыми приспособлениями. Холодная сталь — вот мое оружие.

Марк с Феликсом улыбнулись, как и Велисарий.

— Он безнадежен, полководец, — заявил Марк. — Человек — раб привычек, как деревенская старуха.

Велисарий усмехнулся шутке, хотя сказанное вообще-то было несправедливо. В последний год Григорий командовал артиллерией Велисария. Во время этой кампании, где использовались быстрые маневры, Велисарий оставил тяжелую артиллерию позади, поэтому Григорий освободился и получил новое задание. Основная причина, по которой Велисарий поставил этого человека во главе нового подразделения пикинеров, заключалась в том, что Григорий являлся одним из офицеров, которые казались почти бесконечно гибкими. Он был одним из немногих фракийских катафрактов, который не визжал, как свинья, которую режут, когда его просили сражаться на своих двоих с пикой вместо копья. Да, пикинеры считались элитным подразделением, но Григорию все равно пришлось столкнуться с трудностями, поскольку очень мало кто из фракийцев добровольно пожелал к нему присоединиться. В конце концов он набрал подразделение из новых рекрутов-ассирийцев, которые вступали в букелларии полководца.

Велисарий перешел к делу.

— Вы готовы? — спросил он. Вопрос был одновременно адресован всем троим. Феликс из Халкедона следовал за Марком по рангу и выступал в роли его первого помощника.

— Готовы, полководец, — последовал ответ Марка. Григорий и Феликс согласно кивнули.

— Хорошо. Помните — не начинайте движение вверх по склону, пока я не подам вам сигнал. — Велисарий кивнул на восток. — Черт побери, можете не сомневаться: Шанга посадил на ближайшие вершины своих патанов-следопытов, и они наблюдают за всеми нашими действиями. Они явно придумали способы, как подать сигнал Дамодаре — зеркалами, например, если светит солнце. Если нет, то имеется что-то еще. Флажки, может, дым. Важно, чтобы они вас не видели, пока не придет время для контратаки.

Велисарий быстро осмотрел троих мужчин. Удовлетворенный, что они его поняли, он добавил:

— Учтите: вам придется быстро подниматься вверх по склону. Я не подам сигнал до последней минуты. Поэтому быстро — и не нарушая построения. Вы в состоянии это сделать?

Никаких слов не последовало. Только все трое уверенно улыбнулись и кивнули.

— Хорошо, — сказал Велисарий. — Значит, время пришло. Теперь мой черед подниматься на эту проклятую гору.

Велисарий повернулся и пошел. После каждого шага он на полшага отступал назад — соскальзывал с грунта. Его движение отмечалось тихими чавкающими звуками почвы под ногами. Через несколько ярдов доспехи и оружие уже воспринимались им, как ноша Атланта.

— Ну и денек, — бормотал он. — Если эта война продлится достаточно долго, то я буду прыгать по полям, надев только шлем и хлопчатобумажную форму.