— То так… — отвечал Шейн. — Вот только Баторий приходил под Псков имея более семидесяти тысяч.

— Так Баторий тогда много наемников приводил. Не дадут Сигизмунду столько серебра, кабы набрать наемников, — привел свой контраргумент Пожарский.

Могло показаться, что Шейн малодушничает, но это было не так. При всем своем видимом пессимизме, Михаил Борисович Шейн был упорным и никак не собирался сдаваться. Мало того, на территорию Литвы уже отправлены люди, которые станут селиться в местечках и городах рядом с границей, чтобы точно знать о прибытии королевских войск. Были отправлены люди и пожить в Вильно, Минск, даже в Пинск. Эти должны были заметить приготовление к войне за месяцы до начала военных действий. Так что разведка работает, продовольствием заполнены все смоленские склады, пушек стало больше, гарнизон увеличен, а по весне еще два полка обещали прислать. От чего так не воевать за стенами только что выстроенной крепости? Кроме того, сейчас уже начались подготовительные работы по сооружению укреплений и на подходе к Смоленску с опорой на крепость.

— Коли все сладить, как задумано, то Смоленск выдержит осаду и ста тысяч, — неожиданно сказал молчаливый старичок, лучший русский зодчий, Федор Конь.

*………*………*

Захар Петрович Ляпунов стоял на палубе ладьи и рассматривал берега по обе стороны, крутя головой до ломоты в шее. При пересечении границы ладьи были обстреляны из луков с берега, и пришлось останавливаться и смотреть, что это был за отряд. После недолгих споров, все пришли к мнению, что огрызнулся и сбежал очередной отряд шляхты, который собирался сходить пограбить на русские земли.

Ничего особенного в том, что один конный отряд находился на границе, не было. Нормальная, уже давно установившаяся практика пограничья, когда литвинские отряды ходили на Смоленщину, чуть реже, но все-таки и русские отряды гуляли на литовских землях. К городам такие отряды не подходили, но редко какие деревни могли просуществовать в пограничье дольше пяти лет.

— Они могут сообщить, и нас будут ждать, — сам себе сказал Захар Петрович, но никаких приказов на изменение плана, не последовало.

Речная флотилия из тридцати двух ладей, с восемью сотнями воинов на борту, должна была ударить по литовским городам, что находятся на берегу Днепра. При этом первостепенной целью был Школов. Город, откуда родом был Богданко-Лжедмитрий. Государь приказал разорить Шклов особливо. Еще одной целью операции было отвлечение могилевского гарнизона от основного направления комбинированного набега на литовские земли. Орша, Шклов — это к северу от Могилева. И когда станет известно о том, что русские устроили набег, что дежурные полки, которые дислоцировались в Могилеве, рванут в тот же Шклов, который всего-то в тридцати пяти верстах к северу.

А в это время атаман Заруцкий…

Орша встретила непуганой. Нет, ладьи увидели. Но что такое три ладьи? Может и торговцы какие, хотя с московитами мало торговали, а контрабандисты по рекам не ходят, они все через леса лазят. Вот это и позволило пятидесяти бойцам быстро взять под свой контроль прилегающие к реке районы города. Пока небольшой гарнизон города собрался с мыслями, пока одели брони, на улицах уже начался грабеж. Быстро, не системно, но за три часа ремесленный посад Орши был ограблен.

Защитники у города нашлись, и было несколько очагов сопротивления. Ляпунов даже лишился семи своих бойцов, при том, что еще одиннадцать были ранены.