Тут же и оставшиеся Буйносовы были готовы присоединиться, прибыв из своих вотчин, опять же дарованных Шуйским, с боевыми холопами. Пока все сидят по норам, но ведь два-три дня и могут собрать воинственных прихлебателей. Ниточки, могут вести и к роду Нащекиных. В Тверь, где гнездо Нащекиных, я отправил человека, чтобы поспрашивал, да разузнал, как там дела обстоят. И представители этого рода, как и другие не слишком знатные, но «работяги» — сейчас та самая либо опора для государства, либо причина слома системы. Елец, Тобольск, Сольвычегорск, Пермь — в этих городах первыми воеводами представители Нащекиных, в иных регионах России, есть люди, связанные с родом, которые служат вторыми воеводами.

Такая же ситуация с Волынскими, которые на Юге отрабатывают.

И это не слишком знатные роды, но системообразующие. Очень не хотелось бы, чтобы они вошли в сговор и стали моими врагами. Тогда и не знаю, на кого опираться. Да, складывается команда, те же Ляпуновы могут стать некоторой опорой, но… революционной, резко меняющей расклады.

Долгоруких арестовал, сейчас пока идет разбирательство, без дыбы. Если не будет адекватных ответов, почему три полка, да с приданными им пятью пушками, в Вологде… займут место рядом с паном Гансевским.

Из всех панов, только он не стал извиняться, мало того, прилюдно оскорбил. Вот так, сам попросился на прием, а после назвал вором, безродным хлопом и так далее. Свое мнение посол Сигизмунда изменит, обязательно, так как будет посажен на кол сразу после того, как я отправлю Головина назад, в Новгород. Перед смертью у Гонсевского будет время, но не долго, осознать свою неправоту. А Головин пусть не видит, как я с поляком обойдусь, чтобы не давать лишних козырей шведам. Подумают, что я окончательно разругался с Речью Посполитой, так давить начнут.

Может, я и слон в посудной лавке, и веду себя неправильно. А как надо было? Собрать представителей наиболее знатных родов, объявить им, что я стану действовать только, исключительно, по их указке? Что могут брать себе те чины и должности, которые захотят? Так поступить? Пусть в соответствии с местническими книгами разделят посты и титулы, не взирая на личные качества, навыки, умения, таланты и не спрашивая меня?

Ну, это же путь в никуда! У каждого человека есть свои психофизические особенности и склонности. Можно ли поставить Пожарского Дмитрия Михайловича, к примеру, директором театра, или что-то вроде министра культуры? Смешно, этот человек может хорошо выполнять функции воеводы.

Так что продолжу воевать, продолжу лить кровь, если потребуется. Этот процесс, кстати, весьма прибыльный. От конфискации имущества только у Басмановых и Шуйских я пополнил казну почти на двести десять тысяч рублей серебром, не считая стоимости земель, усадеб, поместий и вотчин. Милославские, Трубецкие и иные, кто не бежал к разбойникам, готовы к отправке в Сибирь. Двадцать процентов от их имущества я разрешаю взять с собой, как и нанять людей. Есть риск, что где-нибудь на Байкале объявится княжество, а какой деятель из некогда славных семейств скажет, что он де, государь. Но это маловероятно, так как без метрополии, то есть моей воли, выжить будет сложно, а я смогу выслать обоз в поддержку, если будет толк в освоении земель.

Так что бурлит от новостей Москва, я сижу в Кремле, словно в осаде, под постоянной охраной не менее пяти сотен воинов, как наемников, так и стрельцов, с которыми начинал свой путь из Тулы. Ломается система, надеюсь, на много меньшей кровью, чем в это же время в той истории, которая уже не должна повториться. И пусть я стану Грозным, Душегубцем, еще как назовут, но порядок наведу. А при порядке и жизнь станет налаживаться.

Глава 8

Москва

26 августа 1606 года.

Пришел сеунч, вернее, сразу два.