А ещё эти подземелья наверняка имеют другие выходы, неизвестные Охранке, и не исключено, что дом историка преступник нашёл с противоположного конца, из-под земли, и тогда личность хозяина как будто бы теряет всякий смысл. Хотя это и сомнительно: вряд ли кто-то стал бы ломать люк в незнакомом доме, мало ли с кем можно столкнуться наверху!

Закрытые же двери у обоих известных Титову выходов подталкивали к мысли, что логово злодея располагается в одном из пока незнакомых поручику коридоров, ведь как-то тот запирал засовы! Никакого механизма на двери не было, а сквозь стену замкнуть запор человек не способен.

Титов вновь ощутил прилив недовольства и нелюбви к Охранке. Вот как можно разбрасываться таким козырем, пускать это на самотёк? Ладно, они не желали массовой огласки и слухов, но хоть бы для себя, для собственного пользования можно было всё это рассмотреть? Чёрт знает, куда можно попасть через эти ходы! А у них — распоряжения еще не было…

В итоге поручик и вовсе дошёл до мысли, что Бобров сам или предатель, потому что на безответственного и халатного он не походил совершенно, или и вовсе убийца. Но эту смелую идею Титов заставил себя отбросить. В конце концов, начальник С-ского отделения Охранки — не царь-батюшка, над ним есть свои командиры, которые руководствуются своими резонами, а Бобров, как и Натан, исполняет приказы. Кроме того, нет никакой гарантии, что поручику рассказали всё. Может, у них и карта есть, просто Титов не относится — пока или совсем — к числу тех, кому её разрешено доверить. В любом случае не стоит лезть не в своё дело и указывать старшим по званию.

Однако закрывать себе путь в подземелье Натан не стал, тем более что прямого приказа больше не соваться туда не поступало. Нужно же искать, куда именно могла пробираться Навалова под землёй! Может, стоит привлечь к этому делу собаку? Конечно, со стороны охотника, как в случае со вторым трупом, не призовёшь, да и полицейских ищеек, наверное, не стоит. А вот обратиться к тому же Боброву, который связал поручика своей секретностью по рукам и ногам, можно.

Или лучше не собаку требовать — бог знает, остался ли там вообще хоть какой-то след! — а просто попросить о помощи дивь? Если те в подземельях как у себя дома, им не составит труда рассказать. Может, они и без его интереса прекрасно знают, кто и куда ходит теми коридорами.

— Ну надо же, явились не запылились, — поприветствовала их появление неизменная Михельсон. Однако после, как следует оглядев замызганную парочку, присвистнула и исправилась: — А впрочем, запылились, и преизрядно. Насыщенной жизнью живёт современная молодёжь! — насмешливо качнула головой делопроизводительница.

— Не то слово, — задумчиво согласился Титов.

— Проходите, проходите, гости дорогие, — кривляясь, позвал Шерепа, откладывая газету. — И расскажите уже, какого чёрта мы с Машковым возле этого проклятущего дома наткнулись на караул Охранки и получили от ворот поворот. Что вы там обнаружили, ежели они на такой скорости примчались? И на кой чёрт ты их-то вызвал?!

— Чушь, — поморщился поручик, усаживаясь на тахту. — Брамс только сюда и позвонила.

Элеонора безо всяких напоминаний и просьб принялась возиться с примусом, чтобы вскипятить воды — за чаем любой разговор течёт ровнее. Кроме Владимиров и Элеоноры, в двадцать третьей комнате был только Бабушкин, который с удовольствием переместился из своего угла в общую компанию.