– Значит, говоришь, последние слова мистера Джеффериса были «три, девять, один». Но что это значит? Ничего! Чушь какая-то. Любой тебе скажет то же самое. Так что кончай с этим, у тебя совсем уже крыша съехала.

– Нет. Нет, и не собираюсь. – Эрен почувствовал, что на глаза снова наворачиваются слезы. – Не только я, все должны об этом думать… Кто-то убил мистера Джеффериса и хочет выйти сухим из воды.

Морган секунду молчал, потом отшатнулся и покачал головой:

– Я-то думал, что вот придешь ты сюда и сразу все сам поймешь.

– О чем ты?

– Он покончил с собой, Эрен. Мистер Джефферис покончил с собой, он ушел от нас. И больше никогда не вернется. И нам надо забыть про него.

Морган проговорил это с каменным лицом, но в глазах его стояла печаль.

– Так ты мне не веришь! – рассвирепел Эрен. – Ты никогда мне не верил! Ты такой же, как все остальные! Придурок, вот ты кто!

Не удержавшись, он изо всех сил толкнул Моргана. Тот опрокинулся, ударился о стол и с минуту приходил в себя.

Затем он подошел к рюкзачку, расстегнул замок и что-то достал. Протянул Эрену.

Фотография. На ней человек – тот самый, которого Эрен видел в тот день, это он тогда делал уборку в коридоре.

– Он? – спросил Морган.

У Эрена перехватило дыхание, он не мог произнести ни слова.

– Я видел его на днях в спортзале. Его зовут Мартин. Он новый уборщик в школе.

И он швырнул фотографию Эрену. Она ударилась в грудь и упала на пол. С фотографии на Эрена смотрело лицо того человека. Эрен глаз не мог от него оторвать.

Морган поднял рюкзачок, накинул на плечо. Направился к выходу, но потом обернулся, посмотрел на Эрена – во взгляде его кипела злость.

– А знаешь что, я ведь и правда придурок. Да и ты тоже. Но мы с тобой дети. Нам можно.

И Морган вышел.

Эрен встал на колени, взял фотографию. Смотрел на нее и плакал – долго ли, он и сам не знал.

43

1992 год

Расследование, и без того скоротечное, официально закрыли. Эрен с Морганом сторонились друг друга. Морган даже не смотрел в его сторону. У Эрена было такое чувство, будто его предал единственный в жизни друг. Никто ему не верил, да, может быть, он и сам себе больше не верил. Ведь у него не осталось подозреваемых – по крайней мере, пока. Он уже начал подумывать: а вдруг и вправду мистер Джефферис был мрачным человеком и жизнь у него была мрачная, вдруг мистер Джефферис только и думал, как бы поскорее покончить с собой. Эрен с жаром взялся за учебу, ведь он и так много пропустил, все свободное время у него уходило на расследование, а теперь – все коту под хвост и надо срочно догонять одноклассников. Сам себе он казался глупцом, и ему было очень стыдно.

В школе он ни с кем не общался. Издалека наблюдал, как Морган предпринимает новые шаги к славе. Организовал музыкальную группу. Другие ученики, да и учителя тоже, вели себя как обычно, словно ничего необычного в школе и не происходило.

Школьное руководство вызвало отца, и они все вместе решили, что Эрену нужно сходить к психотерапевту, и он безропотно подчинился. Во время сеансов он много говорил, так много он нигде не разговаривал, но о том, что случилось с мистером Джефферисом, не обмолвился ни единым словом. Психотерапевт ему очень понравился; это был молодой человек по имени Саймон, его рекомендовали учителя. Чтобы вынудить Эрена анализировать свои мысли и поведение, Саймон вечно придумывал всякие забавные фокусы. И Эрен частенько с любовью вспоминал эти сеансы.

Рождество прошло без особых событий. Эрен сидел за столом с отцом, с родственниками тети и с бабушкой.