– Ну, говори, чего пришел? – спросил Морган. – В двух словах, ты же видишь, я занят.

– Надо поговорить, – сказал Эрен.

Он быстро пересказал все, что узнал от матери мистера Джеффериса. Как ни странно, Морган заинтриговался, хотя настроен был все так же скептически.

– Я думал, Эрен, ты это давно забросил.

– Но согласись, все очень странно.

– Да этих Мартинов у нас в городе тысячи.

– Но тот тип был там. В тот самый день. Тот Мартин.

Морган почесал в затылке:

– В общем, да, думаю, все это странновато.

Эрен улыбнулся:

– Ты мне нужен, в последний раз. Если я ошибаюсь – плюну на это дело и забуду его навсегда. Призна́ю, что был неправ, и буду жить дальше. Но нам позарез нужно провернуть еще кое-что. В последний раз.

Морган оглянулся на сцену, на которой лежали инструменты и остальное имущество группы. Снова посмотрел на Эрена.

– Ладно, так уж и быть.

План был прост: проследить за Мартином, когда он пойдет из школы, до самого дома. Должны, должны же быть какие-то изобличающие улики, доказывающие, что именно он убил мистера Джеффериса. Эрен даже и не рассматривал возможности, что таких улик нет. Обязательно должно быть что-то, связывающее его с убийством. Эрен, как никогда раньше, был уверен в том, что вышел на человека, который совершил это преступление, и они с Морганом обязательно его поймают.

Но Морган отнюдь не был в этом уверен, зато его вдохновляла идея проникновения в чужой дом. Может быть, даже слишком.

Накануне вечером, перед тем как отправиться следить за Мартином, оба друга сидели в комнате Эрена. Морган играл в видеоигру, а Эрен что-то искал под кроватью.

– Я же помню, что видел их где-то здесь, – пробормотал он.

А искал он трубки портативного радиотелефона, который подарила ему тетя на Рождество. Тогда он и думать забыл о них, не с кем было переговариваться. Но теперь, казалось, без них никуда. Что за слежка, если нет нормального технического обеспечения?

– А в буфете смотрел? – спросил Морган, хотя сам и с места не сдвинулся, чтобы помочь.

– Ага, – ответил Эрен, вылез из-под кровати и плюхнулся на нее. – Наверное, на чердаке.

Он наблюдал, как играет Морган, пока не услышал, что отец отправляется в паб. Он всегда это делал по четвергам, после того как умерла мама. В восемь часов вечера – и ни минутой позже.

– Пошли, Морган, мне нужна твоя помощь, – сказал Эрен.

Всю дорогу Морган стонал, поскольку друг подрядил его тащить на себе наверх стремянку. Минут через пять, заработав несколько синяков, Эрен установил стремянку на лестничной площадке под люком на чердак.

Он сходил в отцовскую комнату, нашел в шкафу с инструментами два фонарика. Бросил один Моргану.

– Значит, радиотелефон должен лежать в синей такой пластмассовой коробке.

Морган заулыбался:

– Есть, командир! – и отдал честь.

Эрен рассмеялся. Да, он точно соскучился по этой ни на что не похожей незрелости Моргана.

Эрен вскарабкался по стремянке, толкнул люк, он подался. На чердаке было темно, хоть глаз выколи. Эрен посветил. Луч фонаря пронизал темноту, и рядом с люком, как по волшебству, возникло несколько коробок. Но синих среди них не оказалось. Он посмотрел на стоящего внизу Моргана.

– Придется лезть дальше. А ты стой там и держи стремянку.

Морган засмеялся:

– Ты серьезно думаешь, что я буду здесь скучать, пока ты там получаешь удовольствие?

– Да тут ничего интересного, Морган, чердак как чердак.

Но Морган не послушался и тоже полез вверх.