- Кто? - не понял атаман.

- Да Стас же!

- Какой? Ах, этот! - Вальд почесал затылок. - Нет, нельзя, пускай здесь сидит.

Джетка ушла, за спиной Вальда скорчив ему рожу. Но тот будто проснулся, встал, расправил могучие плечи.

- Господа атаманы! А давайте-ка голосовать. Сидим мы тут так хорошо, что скоро уже лыка вязать не будем, так хорошо бы дела раньше завершить.

- Это можно! - подскочил Сайка, будто одного его и спрашивали. - Значит, вопрос у нас такой: будем воевать с пришлыми, или попробуем сперва подружиться. Кто за войну, пусть меч вверх тянет.

Маленький атаман немного схитрил - он видел, что и лысый старейшина, и еще двое джетов за деревом задремали, поэтому просто его не слышат. Тем не менее мечей они не подняли, а значит, голосовали против войны.

- Ну что, Стефан, в меньшинстве ты оказался, - сообщил Сайка результаты. - Семеро хотят крошить раскоряк, остальные могут немного погодить.

- Был бы жив Важель, он бы с тобой поспорил, - хмуро сказал Стефан, поднялся и ушел.

Остальные остались на тех же местах, продолжив свои беседы. Стас смущенно озирался, не зная, как поступить - в мешок его вроде бы не совали, но и меч для поцелуя не принесли. Вальд, пожав Сайке руку и что-то сказав на ухо, едва не споткнулся о пленника.

- А ты что здесь сидишь? - возмутился он. - А ну иди! Здесь господа атаманы закусывают!

- Куда идти?

- Вот куда тебя Сильда звала, туда и иди! - отмахнулся Вальд. - Только чтобы завтра был готов.

- К чему?..

- К посольству. Сайка тебе все расскажет, а теперь иди!

Северный берег озера и в самом деле оказался сильно заболочен. Твари, населявшие эти места, со смертоносцами были не страшны: пауки заранее разгоняли их мощными импульсами ужаса. Правда, действовало это не на всех одинаково - какая-то бесформенная тварь, выпучив глаза, прыгнула прямо на Мешша.

"У нее даже нет зубов," - сообщил паук, рассмотрев труп. - "Я не понимаю, чем она питается."

- Как-нибудь потом сообразим, или спросим у джетов, - сказал Олаф. - Надо двигаться дальше, мы должны поскорее выйти к большой воде.

- Еще немного, - Михаш, казалось, искренне проникся сочувствием к "высоким господам смертоносцам", страдавшим от мерзкой для каждого паука сырости. - Думаю, очень скоро доберемся. Болото от озера отделяет такая длинная коса, так мне рассказывали.

- Они приходили к вам в Темьен? - удивился Люсьен.

- Да, зимой. Тогда раско… То есть господа смертоносцы замерзают, особенно по ночам. Не совсем, конечно, а просто становятся грустными и вялыми. Тогда джеты и подбираются, иногда налет устроить, а иногда - просто с рабами поговорить, позвать к себе.

- Странно, что вы все не убежали, - удивился Олаф и для Зижды добавил: - Вас ведь ели живьем.

- Не всех сразу, высокий господин сотник. Мы уж знали: если с нашей улицы кого-то взяли, то потом несколько дней живи спокойно. А еще я - плотник, хотя им такой и не нужен, а все же восьмилапые уважали работящих. Они все больше стариков, да женщин часто. И детей, почти всегда мальчиков.

"Темьен сгорел, потому что жил без Договора," - высказался Зижда, и Мешш согласился с ним коротким эмоциональным всплеском. - "Если бы вы сражались на стороне восьмилапых, победа была бы не с нами. Слава Повелителю!"

- Слава, - согласился сотник, и тут же вскрикнул, когда смертоносец провалился в яму.

Он хотел было остаться в седле, но Зижда не торопился вылезать.

"Нет опоры лапам!" - выкрикнул он.

Олаф соскочил в жидкую грязь, сдернул, ломая ногти, со спины друга мешок с оружием. Паук задергался в яме, ухватился наконец двумя конечностями за кустарник и медленно подтянулся.