— Как вам «хоромы» владельца самого крупного в городе частного охранного агентства?

— Уютно, — поспешил заверить Денис.

— Не льстите, — отмахнулась Жанна. — Садитесь, курите, если хотите, могу принести вам чего-нибудь выпить. Чай, кофе, сок?

— Спасибо, не нужно.

— Мое дело предложить… — она уселась напротив и, заметив, что Денис косится на бухгалтерские учебники, развела руками. — Вот такая у нас была жизнь. Пришлось осваивать вторую профессию. По образованию я пианистка, но после того как Олег заявил, что наш театр отремонтирован на деньги бандитов, из оркестра меня попросили, а фортепианными уроками много не заработаешь. Мы в принципе давно уже не жили вместе, если бы не сын, год назад бы еще развелись, но раз есть ребенок, значит, нужно разводиться через суд, а Олег со своей — господи! — занятостью все никак не мог выбраться. Так что о том, убили его или не убили, кто его убил и за что, я вам рассказать не могу. С этим идите к его новой, к Шахбазовой.

— Но просто об Олеге вы мне можете рассказать? — улыбнулся Денис. — Вы ведь его, наверное, лучше знали…

— Да уж! Изучила за семь с лишним лет. Если честно, я за эту Шахбазову искренне рада. Найдет себе нормального человека, выйдет замуж… Поломал бы ей Олег жизнь, точно так же, как и мне поломал. Я ее с самого начала предупредить хотела по-женски… Даже попробовала, только кто такие советы слушает?! Вцепилась она в него как клещ, таскала по ресторанам да по бутикам. Он даже брюшко наел, имидж, как теперь говорят, сменил, бородку отпустил дурацкую, татуировку на плече сделал, только внутри-то у него ничего не изменилось. Как был эгоистом и авантюристом с дыркой в голове, так и остался.

— Почему авантюристом? — не совсем понял Денис.

Она удовлетворенно кивнула:

— Значит, с эгоистом согласны? Он только о себе всегда думал. Только о себе! На него больше сорока человек еще два года назад работало, ушли почти все, «Сатурн» имел договора на охрану с НПЗ, с автобазами, с «Петровским» — это рынок у нас самый крупный, вы, наверное, не знаете. И что? Практически все от его услуг отказались. Из-за чего, спрашивается? Его, видите ли, оскорбили! Он, видите ли, из РУБОПа вышел! «Сатурн», видите ли, когда-то в незапамятные времена на общественных началах ДНД из себя изображал, улицы ребята по вечерам патрулировали, а милицейское начальство эти заслуги забыло! Вместо того чтобы памятник дорогому товарищу Вовку Олегу Петровичу воздвигнуть, прижизненный бюст на родине героя, его в общий список вместе с остальными ЧОПами втиснули и попросили оказать родной милиции материальную помощь. Нормальный человек, прежде чем оскорбляться, подумал бы о людях, которые от него зависят, о семье, в конце концов, подумал бы! Был бы он один, господи, рыцарь печального образа, пусть бы воевал себе с ветряными мельницами… Дайте мне сигарету!

Денис протянул женщине пачку «Мальборо», поднес зажигалку. Она, глубоко затянувшись, тут же закашлялась:

— Нервы. Без новопассита заснуть не могу, пытаюсь начать курить, говорят, помогает. Не получается. — Сделав еще одну затяжку, Жанна нервно сломала сигарету в пепельнице. — И самое главное, переубедить его не было никакой возможности! Объяснить ему, что плетью обуха не перешибешь, что, прежде чем начинать войну, всегда нужно попробовать договориться. Да ладно бы еще только с милицейским начальством сцепился. Он же мгновенно во вкус вошел! Местные правозащитники его возвели в ранг героя, непримиримого борца за правовое государство и светлое будущее, а он и рад стараться: давай грязью поливать губернатора, мэра, сайт этот свой организовал… Когда он по молодости себя экстремалом называл, я думала, это только мотоцикла касается, охоты с рогатиной на медведя.