Мила послушно выполнила его просьбу и слегка откинув голову назад закрыла глаза. Веки ее задрожали, руки она крепко сцепила пальцами и нервно сжимала и разжимала.

— Представь себе место, которое ты любишь больше всего на свете.

Через мгновение лицо Милы просияло. Она расслабилась и томно улыбнулась.

— Представила?

— Да.

— Где ты сейчас?

— Я на ромашковом поле.

— Рядом с твоим домом?

— Нет. Это дом моей бабушки. В деревне. Там хорошо. Во дворе у нас живет корова. Ее зовут Маша.

— Ты выросла в этом доме?

— Нет. Мы с мамой приезжаем туда на лето.

— Сколько тебе лет?

— Не знаю.

— Ты видишь свою маму?

— Нет.

— Ты помнишь свое детство?

— Да.

— Расскажи мне о маме, она часто ругала тебя?

— Моя мама никогда не ругала меня.

— Эта мама не ругала. А та другая, из твоего далекого детства. Она ругала тебя за каждую провинность.

— Нет. Мама была красивой и доброй. — Мила трогательно потерлась головой о правое плечо.

— Ты помнишь ее?

— Да.

— Какая она?

— Она пахнет ромашками.

— А что еще ты помнишь о маме?

— Она говорила, что я ангел и учила меня летать. — Мила сморщилась. — Ангелом быть больно и страшно.

Волков насторожился. Вероятно, Мила говорила о том дне, когда едва не рассталась с жизнью.

— А что еще ты мне расскажешь о маме?

— Не знаю. Я больше не помню ее.

— А твой братик?

Лицо девушки просияло.

— Ники. — с нежностью проговорила она.

— Никита. Ты помнишь его?

— Да.

— Ты любила его?

— Да. Сильно.

— Ты не обижала его?

— Нет. Он часто шутил надо мной. Но я не обижалась.

— Как например?

— Он положил мне в постель лягушку и сказал что это мой принц.

Волков улыбнулся этой невинной шутке.

— А ты можешь рассказать мне что случилось той ночью.

Мила вздрогнула и выпрямилась. Вновь руки ее задрожали. На лице ее отразился испуг. Но Волков пошел до конца.

— Ты помнишь того, кто обидел твоего братика?

Мила сглотнула и кивнула.

— Ты знала его?

Мила отрицательно замотала головой. Он с такой силой прикусила губу, что на ней появилась кровь.

— Ты помнишь что спасла братика?

— Да. Я ударила чужого человека своей кошкой. Он упал, а я забрала Никиту.

— Тебе было очень тяжело, как тебе удалось бежать?

— Никита легкий. Я взяла его на спину и побежала по лестнице. А потом к причалу. Мы переплыли на другой берег и спрятались в лесу.

Теперь Волкову стало все ясно. Кровавый след ведущий к окну, принадлежал скорее всего убийце. Статуэтка которой Мила нанесла ему рану, была довольно тяжелой и рана по всей видимости была серьезной. Он дополз до окна, и сбежал. По всей вероятности он даже не искал детей. Он видимо пришел с целью ограбить дом, не ожидая увидеть там детей. И едва не лишившись жизни, поспешил бежать.

Только почему не были записаны показания Милы. Почему никто не взял анализ крови с коврового покрытия, чтобы установить что она принадлежала не мальчику. Это умышленное упущение, или халатная преступность. А может все дело было записано под чью-то диктовку, так как это было нужно на тот момент.

— Мила.