Первое столкновение с ногайскими воинами случилось всего в пяти верстах к западу от Волги, напротив Сталинграда. Это еще одно, далеко не лишнее, доказательство, насколько регион проблемный. Как можно торговать с Персией, а еще и предлагать помощь в торговле Англии или Голландии, если торговая артерия — Волга, небезопасна? Вот такой отряд в четыре сотни воинов, который был сходу уничтожен, а частью, разогнан, болотниковцами, может не просто угрожать большому каравану, но и надолго застопорить всю волжскую торговлю. Поэтому ногаи уйдут в историю, калмыки и башкиры, если не станут полностью покорны, так же. Волжская торговля — это выход России из затруднительного финансового положения, ее возможности на большее.

Ногаи, готовясь к большому набегу, рассчитывали на то, что русским будет явно не до них. А еще была налицо недооценка России в целом. Иштерек-бей не знал, что у русских появились другие места, где они могут покупать коней. Башкиры и калмыки были готовы продавать лошадей и продали, а так же откупились лошадьми от более деятельного участия в делах русского царя. Так что удалось посадить безлошадных казаков.

Одно кочевье разорялось, после другое. Людей, прежде всего женщин и детей, переправляли в Сталинград. Многие из них не переживут предстоящее, после Сталинграда, путешествие: кто-то не дойдет до Хивы, умирая от голода, кого и сами хивинцы убьют. Кому нужны бедняки? А кочевья разорялись основательно: коней, было принято решение, частью отправлять донским казакам, которые обязывались заняться разведением лошадей. Овец нужно было отправить в Астрахань, где неподалеку от города будет формироваться центр овцеводства. Шерсть, — она стране просто необходима. Ну и всякого рода барахло свозилось в Сталинград с последующей дележкой после всех событий.

Скоро, как только вестовые спустились до Астрахани, началось выдвижение и войск Прокопия Ляпунова. Это было уже основательное наступление: медленное, но неотвратимое, с пушками и большим числом пехоты. Ко второй половине лета предполагалось зажать ногайцев со всех сторон и уничтожить.

*…………….*………….*

Архангельск

19 июня 1607 года.

Василий Петрович Головин был послан государем вместе со своим сыном в Архангельск. Нет, это была не ссылка, а важнейшие переговоры с англичанами и с голландцами. Вторые так раньше и не демонстрировали особого интереса в торговых операциях с Россией, и было важно, чтобы те корабли, что прибыли в Архангельск из Амстердама не забыли сюда путь.

Семен Васильевич Головин отправлялся на Север России еще и для того, чтобы иметь возможность быстро прибыть либо в Карелу, или в Новгород, так как скоро предстоят очень нелегкие переговоры со шведами. Ну а пока, как думал государь, не мешает, послу и потенциальному, либо Главе иностранного приказа, либо заместителю, набираться опыта общения с европейцами.

Прибыв в Архангельск, Василий Петрович сразу же начал работать, в отличие от своего сына, который не спешил набиваться в собеседники ни к голландцам, ни к англичанам. Тут была психологическая игра. Нужно показать, что заморским торговцам заключить долгосрочное сотрудничество будет намного важнее, чем для России. Пусть сами придут и тут важно, кто первый.

Василий Петрович Головин, по своей части, начал смотреть на Архангельск и приходил к неутешительным выводам: если в этом году порт и город справляется к прибывшими англичанами и голландцами, то при увеличении торгового оборота вдвое, начнутся серьезные проблемы. А через три года государь ставит вообще, пока, нереальные цифры по увеличению торговых операций в Архангельске в десять раз. И это при том, что государь просил разработать предложения по активизации торговли по Неве, может, с привлечением Ладоги.