Вместе с тем, Полоцк все равно не был легкой добычей, о чем свидетельствовал тот факт, что уже десять дней длится осада сильно превосходящего шведского войска. Дело в том, что этот город выгодно, в деле обороны, окружался водными препятствиями. С одной стороны — Западная Двина, еще с двух сторон — река Полота, ну и только западная часть города прикрывалась рвом. Тем самым рвом, который давно не приводили в подобающее состояние. Но именно тут защитники и установили почти все свои пушки. Обороняющиеся могли рассчитывать и на высоту стен Верхнего Замка, но только не на их крепость.

— Командуйте стрелять коленными ядрами поверх стен! — приказал Делагарди.

Командующий решил начать уничтожать городскую инфраструктуру и незатейливо спалить город. Еще два дня назад шли, казалось, нескончаемые дожди, но вот уже наступила жара и деревянные городские постройки должны успеть просохнуть, чтобы зардеться огнем при первых же попаданиях.

Пушкари большими щипцами, напряжением сил, клали пушечные ядра в горящие рядом костры. С еще большим усилием, ядра скоро вытаскивали и заряжали ими пушки.

— Бах-ба-бах, — прозвучали новые выстрелы.

Пушкарская обслуга сразу начала охлаждать пушки. Жара и так накаливала бронзовые и чугунные орудия, но после выстрелов на стволах проступал окалины. Интенсивность обстрела резко падала, но зато эффективность стала в разы лучше. Делагарди даже подумал о том, что можно завтра попробовать ворваться в Верхний замок. Уже есть два пролома в стенах. Если поджечь город, в котором практически все здания были деревянными, то защитникам, пусть только части, но придется отвлечься. Вот тогда можно и начать решительный приступ.

С этими мыслями Делагарди отправился в свой шатер. Время уже подходило к обеду. Нужно распорядится о еде, но сперва дать приказы офицерам. За ним пошли его приближенные и порученцы.

— Господа, готовьте на завтра штурм. С рассветом предлагаю подобраться к западной части Верхнего замка настолько близко, насколько позволит сумрак и беспечность противника. Далее перенаправить туда большую часть артиллерии и бить поверх голов калеными ядрами. Нужно поджечь в городе то, что сегодня не сгорит, — сообщал свой план генерал.

— Господин генерал, но это может быть опасно и для наших войск. У нас крайне мало мортир, чтобы такое сделать, а иные пушки не приспособлены бить навесом, — возразил полковник Якобссон.

— А к городу не стоит приближаться с барабанным боем. У рва следует залечь. Вот и все. Ну а случится тот пушечный расчет, который умудриться попасть в своих, то что это за воины тогда? Неучи, которых будет ждать повешение, — тон Якоба Пунтусса был спокоен.

В целом же генерал был вполне доволен сложившимся положением дел. Русские, в сущности, воюют сами, не прибегая к помощи шведов, он, Делагарди, решает собственные задачи. Псков — отличная база для шведских войск, куда регулярно приходит провиант, фураж и порох, благо до шведского Ревеля не так, чтобы и далеко. И факт близости городов заставляет задуматься над тем, что Швеции не помешало бы иметь мощную крепость на пути к Ревелю. Ну и пришли сведения о том, что Витебск пал и теперь Делагарди продолжит реализовывать свой план.

Генерал предполагал перерезать русским пути наступления с направления Смоленска. От Витебска шведским войскам можно идти на Оршу, дальше на Шклов и Могилев. Пусть всю восточную границу Речи Посполитой перекрыть не получится, да и командующий шведским войском не стремился перерезать все коммуникации полякам, но главное — русским не будет свободы действия. Так что было чему радоваться.

— Господин генерал! — в шатер, где, в задумчивом одиночестве, Делагарди вкушал большой кусок отварной говядины с душистым хлебом, вбежал адъютант.

— Господин ротмистр, где ваши манеры? — не преминул упрекнуть своего помощника генерал.