– Ты хочешь сказать, что распорядился моими деньгами, даже не посоветовавшись со мной? Отдал наследство и приданое совершенно незнакомому человеку, не заботясь о моих чувствах?

– Черт бы тебя побрал! – процедил отец. – Это он дал мне деньги!

– Должно быть, в тот момент не было человека счастливее тебя! – прерывающимся голосом прошептала Уитни. – Наконец-то тебе удалось навсегда от меня избавиться, да еще этот так называемый джентльмен соизволил заплатить за меня, и… о Боже!

Все разрозненные кусочки этой сумасшедшей головоломки неожиданно встали на место, и Уитни с душераздирающей ясностью увидела отвратительную картину во всех омерзительных подробностях.

Закрыв глаза, чтобы не дать вылиться обжигающим слезам, девушка оперлась о стол, боясь, что ноги подкосятся и она упадет. Только тогда она осмелилась чуть поднять ресницы и сквозь соленую пелену взглянула на отца:

– Это он платил за все, верно? Лошади, слуги, новая мебель, ремонт дома… – Она задохнулась, не в состоянии продолжать. – И вещи, которые я купила во Франции… все, что ношу сейчас… оплачено его деньгами?!

– Да, черт побери! Я разорен! И продал все, что мог!

Холодный камень оказался на том месте, где раньше было сердце Уитни; безудержная ярость вытеснила нежность и любовь.

– А когда больше не с чем было расставаться, ты продал меня! Продал чужому человеку в пожизненное рабство! – Уитни, задыхаясь, жадно втягивала в легкие воздух. – Ты уверен, что получил за меня самую высокую цену? Надеюсь, ты не принял первое попавшееся предложение? Конечно, пришлось немного поторговаться…

– Да как ты смеешь? – взорвался Мартин, ударив дочь по лицу с такой силой, что она едва удержалась на ногах. Он уже поднял руку для второго удара, но безудержная ярость в голосе Уэстморленда заставила его застыть на полувзмахе:

– Если вы хоть пальцем дотронетесь до нее еще раз, я заставлю вас пожалеть об этом!

Отец замер на мгновение, но тут же, беспомощно сгорбившись, рухнул в кресло. Уитни мгновенно набросилась на своего «спасителя»:

– Вы гнусная, подлая змея! Каким человеком нужно быть, чтобы покупать себе жену?! Только животное, подобное вам, может приобретать жену, даже не видя ее! Во сколько же я обошлась вам?!

Несмотря на высокомерный тон Уитни, Клейтон заметил, что прекрасные зеленые глаза, метавшие на него презрительные взгляды, полны непролитых слез.

– Я не желаю отвечать на это, – мягко сказал он.

Мысли Уитни лихорадочно метались в поисках какой-нибудь трещины в броне непроницаемого хладнокровия, куда она могла бы направить меч своего гнева.

– Вряд ли вы отдали много! – издевательски бросила она. – Дом, где вы живете, не более чем скромен. Или потратили все свое жалкое состояние на дорогую покупку? Должно быть, отец запросил слишком много, и…

– Довольно! – спокойно предупредил Клейтон, поднимаясь.

– Он может дать тебе все… все… – бормотал отец. – Он герцог, Уитни. Ты получишь любое…

– Герцог! – презрительно фыркнула Уитни, впиваясь глазами в Клейтона. – Как вам удалось убедить его в этом, лживый, подлый…

Ее голос прервался, и Клейтон большим пальцем приподнял подбородок девушки, невозмутимо встретив ее мятежный взгляд:

– Я герцог, малышка, и уже говорил тебе это несколько месяцев назад во Франции.

– Ах вы… вы чума в человеческом образе! Да я не выйду за вас, будь вы королем Англии! – Гневно отдернув голову, она разъяренно прошипела: – И я никогда не имела несчастья встречаться с вами во Франции.

– Мы встречались на маскараде в Париже, – спокойно пояснил он.