– Когда ты услышала, что говорил Клей? – подсказал он.

Мать расстроенно кивнула:

– Как он мог решиться на подобное?

– Я не совсем понял, что им двигало, – осторожно начал Стивен. – Очевидно, девушка ему не безразлична и он, как мужчина…

– Не смей обращаться со мной, как с безмозглой дурочкой, Стивен! – запальчиво перебила ее светлость. – Я – взрослая женщина! Побывала замужем, родила двух сыновей и прекрасно сознаю, что Клейтон – мужчина и что как таковой имеет определенные… э-э…

– Определенные потребности? – подсказал Стивен, когда герцогиня начала энергично обмахивать раскрасневшееся лицо.

Алисия кивнула, но Стивен покачал головой:

– Я хотел сказать, что женщины всегда вешались Клейтону на шею, а сам он никогда не влюблялся ни в одну настолько, чтобы сделать предложение. Видно, он наконец нашел ту, которую искал. Если он дал ее отцу сто тысяч фунтов, то, полагаю, у девушки нет приданого и ее семья бедна, но даже при всем этом она отказала Клейтону.

– Нужно быть последней дурой, чтобы отказать твоему брату! – воскликнула леди Уэстморленд. – Только безумица способна отвергнуть его!

Стивен широко улыбнулся, восхищаясь неизменной верностью материнского сердца, но все же покачал головой:

– Сомневаюсь, что девушка глупа или безумна. Клея никогда не интересовали пресные пустоголовые девицы.

– По-видимому, ты прав, – вздохнула мать, поднимаясь. У самой двери она остановилась и печально оглянулась на Стивена. – Думаю, – еле слышно сказала она, – он обожал ее.

– Так оно и есть.

Клейтон прочитал официальный документ, разрывающий брачное соглашение, поставил подпись и быстро протянул бумагу поверенному, не в силах больше вынести ее вида.

– Это еще не все, – объявил он, когда поверенный сделал попытку встать. – Проследите, чтобы эта записка и банковский чек на десять тысяч фунтов были доставлены мисс Стоун.

Герцог открыл тяжелый резной ящик письменного стола, вынул незаполненный чек со своей именной серебряной печатью наверху и уставился на листок белого пергамента, словно на миг вернувшись в прошлое.

Он не мог поверить, что дело действительно дошло до этого. Ведь всего несколько недель назад он был уверен, что все завершится торжественным венчанием и пылкой брачной ночью.

Он вынудил себя взять перо и написать несколько слов:

«Пожалуйста, примите мои искренние пожелания счастья и передайте их Полу. Вложенный банковский чек – мой свадебный подарок».

Клейтон поколебался, зная, что Уитни придет в ярость из-за денег, хотя он искренне хотел помочь ей, поскольку не мог представить, что Уитни придется экономить каждый пенни на покупку нового платья, а ведь именно такая жизнь ждет ее, когда она станет женой Севарина. Если же каким-то чудом она не выйдет за Севарина, деньги останутся у нее. По крайней мере ее негодяй отец не сможет сразу потратить все, что у нее есть.

– Запечатайте чек и записку в один конверт вместе с этим.

Он кивком указал на ненавистный документ, разрывающий помолвку, и, поднявшись, прощальным жестом оборвал мучительную сцену.

После ухода адвоката герцог почти рухнул в кресло, борясь с порывом приказать остановить его, привести назад, а потом выхватить и разорвать проклятый конверт на мелкие клочки. Клейтон прислонился головой к мягкой кожаной обивке и закрыл глаза.

– О малышка, – выдохнул он, – и как я нашел в себе силы так поступить? – прошептал он.

Клейтон думал о словах, которыми хотел выразить свои истинные чувства:

«Пожалуйста, вернись ко мне. Только позволь держать тебя в объятиях, и клянусь, что заставлю все забыть.