Вечером Клейтон терпеливо пережидал, пока кончится представление в «Краун Тиэтр», не обращая внимания ни на происходящее на сцене, ни на черноволосую красавицу, сидевшую рядом. Переходя от надежды к отчаянию, он пытался разгадать записку Эмили. Хотела ли она ободрить его? Эмили Арчибалд и Уитни Стоун были лучшими подругами с самого детства. Естественно, что Эмили все уже знает и, если бы Уитни возненавидела его, никогда бы не послала ему приглашения. С другой стороны, если бы Уитни простила Клейтона, то сама бы написала ему.

Но если Уитни не хочет его видеть? Если при первом же взгляде на него упадет в обморок прямо в церкви?

Печальная улыбка коснулась губ Клейтона. Уитни скорее швырнет букет ему в лицо, но ни за что не потеряет сознание. Только не его храбрая, мужественная девочка.

Глава 27

Стоя под руку с отцом в глубине заполненной людьми церкви, Элизабет Аштон посмотрела, как третья подружка невесты медленно плывет по проходу, и повернулась к Уитни, чья очередь была следующей.

– Ты сегодня решила затмить меня, – улыбнулась она, обозревая желтые и белые розы, вплетенные в блестящие волосы Уитни, и падающее свободными складками платье из желтого бархата, в который были наряжены все подружки невесты. – Выглядишь, словно нарцисс весной!

– А ты выглядишь как ангел и не смей начинать еще одно соревнование в льстивых речах! Кроме того, невеста обязана нервничать, верно, Эмили? – шепнула Уитни, оборачиваясь к подруге, которая должна была следовать за ней.

– Ты права, – рассеянно отозвалась Эмили.

Сегодня утром она призналась мужу, что между Уитни и герцогом произошло ужасное недоразумение (что, конечно, было чистой правдой) и она пригласила герцога на свадьбу в надежде помирить их. Реакция Майкла оказалась крайне обескураживающей. Он заявил, что Эмили не должна была вмешиваться, что она, вероятно, окажет обеим сторонам медвежью услугу и что в конце концов они могут возненавидеть ее за то, что она сует нос в их дела, пусть даже и с лучшими намерениями.

И теперь Элизабет тоже посвящена в план Эмили! В списке гостей с самого начала было имя Клейтона Уэстленда, но по настоятельному требованию впавшей в панику Уитни его вычеркнули. Три дня назад Эмили сказала Элизабет, что между Уитни и мистером Уэстлендом – тайный роман, но парочка рассорилась (что тоже было правдой). Элизабет с восторгом согласилась, что послать ему приглашение – лучший способ помирить влюбленных. Она по-прежнему не знала, что Клейтон герцог, поскольку все время, проведенное в Лондоне, вращалась в совершенно иных, чем он, кругах.

Но сегодня Эмили проклинала себя за безумную идею.

– Вы следующая, мисс, – шепнула ее горничная Уитни и, наклонившись, поправила шлейф девушки.

Остальные подружки в ужасе съеживались от перспективы шагать по длинному проходу в одиночку, но Уитни ничуть не смущалась. В Париже она уже выполняла обязанности подружки Терезы Дю Вилль, да и других новобрачных, но сегодня испытывала особенную радость при мысли о том, что без нее не было бы этого венчания.

Уитни с сияющей улыбкой взяла у горничной букет белых и желтых роз.

– Элизабет, – с нежностью прошептала она, – когда мы с тобой станем разговаривать в следующий раз, ты уже будешь замужней дамой.

Взгляд Клейтона был неотрывно прикован к Уитни с того мгновения, как она сделала первый шаг, и при виде девушки герцогу показалось, что в грудь с размаху ударил тяжелый булыжник. Никогда еще не выглядела девушка такой ослепительно прекрасной и безмятежной. Она была похожа на лучик лунного света, медленно скользивший к алтарю.

Уитни прошла всего в нескольких дюймах от Клейтона, и в эту секунду он понял, что чувствует вздернутый на дыбе преступник. Каждый мускул в теле напрягся, пытаясь вынести пытку близостью.