Выдерживая дистанцию, Эмили последовала за Джейком. Следуя по узкой каменистой тропе, она видела, как слева вдалеке передвигается по высокому хребту медведь и одиноко кружит над головой ястреб. Но она старалась не отвлекаться и не спускала глаз с высокой сутулой фигуры дяди, молясь чтобы он не оглянулся и не увидел ее.

Прошел, должно быть, час. Они находились глубоко в горах. Джейк в очередной раз перебрался на новую тропу, змейкой поднимающуюся на север. Эмили припала к гриве кобылы и двинулась следом. Когда дядя пропадал из вида, она чуть слышно шептала проклятия и пришпоривала лошадь.

Вскоре они заехали в такое глухое место, где, казалось, не было ничего, кроме пустого неба наверху и края тропы. Эмили бросила взгляд вниз на серебряный ручей и груды валунов — и у нее захватило дыхание.

Затем она посмотрела вперед и увидела, что тропа раздваивается. Одна из ее ветвей уходила под углом вбок, к узкому проходу между двумя скалами. Когда Эмили остановилась, чтобы осмотреться, заржала лошадь, затем еще одна.

Оба звука исходили со стороны боковой тропы.

Эмили повернула свою кобылу и медленно поехала в том направлении, напрягая слух при малейшем шорохе. От волнения у нее запершило в горле, как будто туда всыпали песок.

Незаметно она оказалась между двумя возвышающимися скалами, откуда ей не было ничего видно. Прежде чем она поняла, что находится в узком тоннеле, где-то чуть выше послышались едва уловимые мужские голоса.

Эмили быстро соскочила на землю, провела кобылу через небольшую расщелину в скалах на зеленую лужайку и оставила ее там щипать траву. Сама же осторожно, стараясь не производить шума, начала пробираться вперед.

Наконец она увидела дядю Джейка. И он был не один. Когда Эмили осознала это, у нее громко застучало сердце. Она прижалась спиной к скале и, чтобы успокоиться, сделала глубокий вдох.

Примерно в тридцати ярдах от нее на поляне, кроме дяди Джейка, находились еще двое мужчин. Все три лошади паслись здесь же. Один мужчина, здоровый, как медведь, в оленьей коже и грубых сапогах, был ей незнаком. Его смуглое, с жесткими чертами лицо было наполовину закрыто бородой и лохматыми черными волосами. Когда же стоявший возле лошадей второй мужчина сделал длинный глоток из кожаной фляжки, Эмили узнала Слима Дженкса.

Ее как обухом по голове ударили. В страхе она попятилась назад за выступ и попыталась втиснуться в расщелину. Эмили стояла, вжавшись в скалу как примерзшая, боясь, что мужчины с поляны увидят ее. У нее замерло сердце, когда она услышала их разговор.

— Итак, дилижанс должен быть у Боулдер-Пойнта приблизительно в… — Голос Дженкса был отнесен внезапным порывом ветра.

— Твоим ребятам ясно, что и когда они должны делать? — Мужчина с черной бородой шагнул к Джейку. Ее дядя был высокого роста, но присутствие этого человека, с его нескладной огромной фигурой и могучими плечищами, делало его карликом. — Начнете с тех двух женщин. И только после того, как вы с Дженксом убедитесь, что обе мертвы, убивайте остальных. К тому времени, когда ты со своими ребятами займешься добычей, там не должно быть ни одной живой души, включая кучера.

Эмили видела из-за выступа, как Слим Дженкс оглядел ее дядю, все еще держа в руке фляжку.

— Ни одного живого свидетеля, понятно, Спун? Ни одного.

— Я не дурак, Дженкс, — раздраженно сказал дядя Джейк. — И Лестер с Питом тоже кое-что соображают. — Он повернулся к мужчине с черной бородой: — Мы с ребятами ограбили достаточно карет, чтобы знать, как это делается. Не потому ли ты в первую очередь разыскал меня, Ратлин?

— Но до этого вы никого не убивали, — не унимался Дженкс. Он запихнул фляжку в карман и подошел к Джейку. — Так ведь, Спун?

— Однажды я убил мужчину, — сказал Джейк.