— Кто вас спрашивает? — круто повернулась к нему Эмили. — Если бы в вас была хоть крупица порядочности, вы бы прямо сейчас открыли дверь этой камеры. Нет закона, где бы говорилось, что мы обязаны показывать вам документ. Мы захватили его с собой просто из любезности.

Шериф встретил взгляд мерцающих серых глаз и внезапно проникся уважением к этой девушке. И еще испытал что-то близкое к угрызениям совести. Он порядком усложнил жизнь Спунов в эти дни. А все потому, что не доверял им. Однако на данный момент Пит Спун свое время отсидел и штраф был уплачен.

Прежде чем извлечь из своего стола ключи, Клинт Баркли позволил себе на секунду еще раз пройтись взглядом по этим светящимся глазам.

— Ну что ж, посмотрим, сможете ли вы жить спокойно и не осложнять жизнь других, — сказал он Питу, отпирая и широко распахивая дверь камеры.

В какой-то момент Эмили с ужасом подумала, что ее брат намерен отказаться выходить, просто чтобы таким образом досадить Баркли. Но в следующую секунду Пит прошел мимо стража порядка и подошел к ним с Джейком. Потом остановился и, припечатав к полу широко расставленные ноги, принял от шерифа свое оружие, которое тот протянул ему.

— А теперь я хочу все же посмотреть документ, — сказал Клинт, обращаясь только к Джейку.

Крепко сжав губы, Джейк рванул из кармана бумагу и, развернув ее, подтолкнул к шерифу.

— Эта земля пустовала годами, — прокомментировал Клинт, пробежав глазами документ. — Ее последний владелец, Билл Саттер, отбыл в Ледвилл. Как я слышал, старина Билл заболел серебряной лихорадкой. — Внимательно глядя на Джейка, он вернул ему бумагу. — Не скажете, каким образом вы получили документ? Будьте добры.

— Это не ваше дело, черт побери! Джейк запихнул бумагу обратно в карман.

— У вас все, шериф? — спросил Пит, сверкнув своими серо-голубыми глазами. — Не слишком ли долго мы наслаждаемся беседой с вами? Пережевываем полдня неизвестно что, когда у нас полно дел на ранчо.

Эмили хотела ткнуть брата в бок, но вместо этого только затаила дыхание и продолжала стоять совершенно спокойно.

Клинт Баркли смотрел на них, переводя взгляд с одного на другого. Девушка держалась прямо, с гордо поднятым подбородком, хотя лицо ее было бледным. Но светящиеся глаза прямо обжигали своим огнем.

— Вы свободны. Пока. Но я предупреждаю вас — всех вас, это касается и Лестера тоже, — что при первом же беспорядке, даже намеке на таковой, я сразу же являюсь в Саттер-Плейс.

— Вы хотите сказать — в Спун-Плейс, — спокойно поправила его Эмили. — Теперь ранчо называется так.

В комнате наступила полная тишина. Затем Пит обнял сестру за плечи, и все трое двинулись к выходу.

Когда за ними захлопнулась дверь, Клинт постоял еще секунду, собираясь с мыслями. Он надеялся, что ему не придется арестовывать Спунов. Ради блага этой девушки, которая любила их слишком сильно, хуже того — была предана им до мозга костей. Если ее родственники вновь вернутся на порочный путь — а возможно, уже вернулись, — это разобьет ее сердце.

«Но почему меня это так волнует? — недоумевал Клинт. — Только ли потому, что эта девушка так прекрасна? Потому что в ней пыла и страсти больше, чем в дикой кобылице, никогда не знавшей ни узды, ни упряжи? А, когда она движется, в ее бедрах столько мягкого и чувственного скольжения? Или потому, что в памяти остался тот поздний вечер возле ее дома, когда она стояла так близко, поразив отчаянной смелостью, какую редко встретишь? «

Наверное, только раз в жизни Клинт наблюдал подобную отвагу.