— А почему ты не хочешь выйти за него замуж? Я слышала, он сделал тебе предложение. Почему же ты сказала «нет»?

Ронуэн посмотрела на девочку, стараясь не расплакаться. Как объяснить Изольде то, чего она не могла объяснить ни Джасперу, ни даже себе самой?

— Неужели Джаспер ошибся насчет того ужасного человека? Того разбойника? — спросила девочка. — Ты любишь Риса ап Овейна? Я знаю, это из-за него ты помогла похитить меня. Мама говорит, ты никогда никому не позволяла причинить мне вред. Но этот Рис… он так на меня смотрел… А потом Джаспер поймал его, но ты позволила взять себя в заложники, только чтобы Риса отпустили. Неужели ты его любишь?

— Да, я люблю его, Изольда. — Ронуэн опустилась на колени и взяла руки девочки в свои. — Но только это любовь сестры к брату. Я люблю его так же, как ты любишь Гэвина. Рис на самом деле мне не брат, но я так чувствую. Я чувствую ответственность за него.

— Но ведь он плохой.

— Да, он может быть плохим. Еще как может.

Ронуэн прикусила губу. У него есть причины ненавидеть Джаспера и всех англичан.

— Но если ты не любишь его как мужчину, за которого хотела бы выйти замуж, то почему отказала Джасперу?

Ронуэн грустно улыбнулась.

— Я думала, ты собираешься за него замуж.

Девочка вздохнула.

— Я же сказала, что не могу выйти за него. Он мой дядя. Но если бы могла, не отказалась бы. — Не давая себя отвлечь, Изольда добавила: — Я не понимаю, почему бы тебе не выйти за него.

— Все это очень сложно, — сказала Ронуэн, вставая. — Слишком сложно, чтобы объяснить. Но однажды, когда он женится на какой-нибудь другой женщине, ты поймешь, что я была права.

«Я права, — повторяла она себе снова и снова, выполняя обычную работу по дому. — Я права, отказав ему, и права, желая сбежать из замка».

Но не важно, сколько раз Ронуэн это повторяла, — мысль о том, что она покидает Джаспера навсегда и в один прекрасный день он женится на другой женщине, казалась ей неправильной.

Мучительно неправильной.

Нестерпимо мучительной.

Глава 17

Жизнь в замке текла своим чередом, и тот вечер ничем не отличался от других. В часовне прозвонили колокола — их мелодичный перезвон далеко разнесся по долине, созывая пастухов и их покрытых густой шерстью подопечных домой. Дневные рабочие — ткачи и прачки, каменщики и плотники — парами и небольшими группами брели через мост и дальше по утоптанной дороге в деревню. Во дворе замка Гэвин и еще несколько маленьких мальчиков загоняли жеребят в стойла. Потом мальчики вошли в зал, чтобы выдвинуть столы и расставить скамейки к ужину, Кухонные рабочие торопились завершить приготовление еды, чтобы тоже отдохнуть.

Потом, когда на землю опустились вечерние сумерки, звякнул кухонный колокол, и обитатели замка стали собираться к вечерней трапезе. День закончился, настало время хорошо поесть, выпить и расслабиться. Время песен и развлечений.

Но Ронуэн не имела права отдыхать. С приближением вечера она чувствовала все нарастающее беспокойство, и теперь была напряжена как струна. Уже давно перевалило за полдень, а колокола не звонили. Наверное, звонарь позабыл о своих обязанностях. Да и солнце застыло в небе. В тревоге она кусала ногти.

Этой ночью она должна бежать. Откладывать нельзя. Для начала ей необходимо удостовериться, что боковые ворота не заперты — за исключением балки, которую она сможет поднять сама. Если же ворота закрыты на замок, она окажется в ловушке.

Ронуэн внимательно следила за всеми, кто входит в кухню и выходит. Одновременно она ждала Джаспера.