— Ты как-то умеешь заставить женщину позабыть о здравом смысле. И гордишься этим. А я стараюсь вести себя разумно, и для этого должна держаться от тебя подальше. Куда запропастилась Изольда?

— Ты тоже весьма успешно лишаешь меня здравого смысла, — сообщил Джаспер и шагнул к ней. — Но когда тебя нет, я становлюсь полным идиотом. — Еще один шаг. — Зато когда ты рядом, все мои чувства обостряются. Например чувство осязания — я хочу касаться шелка твоих волос, бархата кожи.

Ронуэн округлила глаза.

— Чувство обоняния, — продолжил Джаспер. — Ты пахнешь цветами, лесом и женщиной.

Сердце Ронуэн билось уже раза в три быстрее, чем обычно, и странно ныло.

— Мое чувство вкуса. — Он уже подошел вплотную. — Я хочу снова попробовать тебя.

Ронуэн в панике попятилась и отчаянно замотала головой.

— Нет-нет, ты не должен говорить мне такие вещи.

— Почему? Это правда, — сказал Джаспер и снова сократил расстояние между ними.

— Потому что… на самом деле ты хочешь вовсе не поговорить со мной. Ты желаешь большего.

Их взгляды встретились. Его глаза были темными и зовущими, а ее… Ронуэн даже думать не хотелось, какую правду могли открыть Джасперу ее глаза. Он был так близко, и хотя не коснулся ее, она, казалось, чувствовала тепло его тела. Ее сознание мутилось. Она готова была сдаться.

Он уперся руками в дверь, и девушка оказалась в ловушке его сильных рук. После этого он медленно выдохнул.

— Нет, ты ошибаешься, — тихо сказал он. — Хотя я действительно хочу большего, Ронуэн, на этот раз ограничусь только разговором.

Разговором? Он пришел не для того, чтобы соблазнить ее? Если это правда, она еще большая идиотка, чем думает. Даже когда он хочет только поговорить, она изнывает от желания. Ее лицо зарделось от унижения. Что же она станет делать, когда он действительно захочет соблазнить ее?

— О чем ты хочешь со мной поговорить?

Джаспер сделал пару шагов назад и огляделся. Неужели он краснеет? Что, черт возьми, все это значит?

Он прочистил горло, и ее любопытство возросло. Однако когда он заговорил, яснее не стало.

— Я знаю от Джослин, что твоего отца нет в живых. Существует ли другой мужчина — может быть, дядя или отчим, — который о тебе заботится?

Ронуэн ушам своим не верила.

— У меня есть отчим, но ко мне он не имеет никакого отношения.

— А как насчет твоей матери?

— Чего ты хочешь, Джаспер? — спросила Ронуэн и вдруг открыла рот от удивления. — Ты хочешь получить за меня выкуп?

— Проклятие! — Он обеими руками взъерошил волосы. — Я имею в виду вовсе не выкуп, а женитьбу. С кем я должен об этом поговорить?

Ронуэн лишилась дара речи. Вопрос был слишком невероятным, противоречившим всякой логике, чтобы у нее нашелся ответ. Вместо этого она тонким голоском спросила.

— За кого ты хочешь выдать меня замуж?

Джаспер взглянул на нее как на безумную.

— Как за кого? За меня, конечно! — Потом он нахмурился. — Как следует подумай, прежде чем отказать мне, женщина. Тебе будет хорошо в Роузклиффе. Джослин будет счастлива, а я… — Он сделал паузу и скрестил руки на груди. — Я буду хорошим мужем, таким же хорошим, как ты — хорошей женой.

Последнее заявление, как подозревала Ронуэн, не было комплиментом, но она не обиделась. Ее потрясло неожиданное предложение.

— Почему? — пролепетала она. — Почему ты хочешь, чтобы мы поженились?

Мужчина окинул ее ласковым, чуть насмешливым взглядом, и по телу Ронуэн пробежала дрожь.