Тогда они еще не видели, как отрываются Окна Фаррети. В них им еще предстояло заглянуть, после чего все сомнения и недоумения по поводу туристического рая, окончательно покинули гвардейцев. Главное чудо Кривой решетки ждало их.

Они и сами не заметили, как оказались перед потрепанным жизнью мужиком в широкополой шляпе, который не смотря на все физические изъяны — дыру вместо правого глаза и дрожащую нечеткую картинку — не терял задорного оптимизма, приглашая всех желающих заглянуть на огонек в бар «Зазеркалье».

Внутри царил полусумрак, в мутном освещении играли сиреневые и желтые цвета интерьера. Уютные деревянные столики были наполовину пусты, поэтому друзья без проблем нашли себе подходящее место, подозвали скучающего официанта и заказали два кувшина местного темного пива и горячего мяса на закуску. Они не успели еще обсудить увиденное и услышанное, даже заткнуть Чурку не смогли, хотя Скорохват уже приступил к исследованию его металлического шарообразного тела на предмет поиска кнопки выключения, как их стол оказался заставлен мясом, кружками с пивом и кувшинами.

— Алекс, ты заказывал это чудо? Может, уже информируешь контору, что мы больше не заинтересованы в Чурке. Пусть забирают своего болвана, — предложил Снегов.

— У нас еще оплаченный час. А в конторе никто не отзывается. У них тут процветает раздолбайство, — отозвался Шторм.

— Это плохо. Это приведет к робоубийству, — распереживался Скорохват.

— Я попробую узнать у бармена, как эту дрянь отключить. Должен же кто-то знать, как управлять этими железяками, — вызвался Дамир.

Он направился к барной стойке, за которой умело управлялся с бутылками, кружками, стаканами и рюмками лысый мужчина с взглядом разочаровавшегося в жизни старого пса.

Дамир поставил свою кружку на стойку и собрался было допросить бармена со всем пристрастием, но тот словно что-то почувствовал и скрылся в подсобке. Стрельцов заскрежетал зубами от разочарования.

— Позвольте полюбопытствовать, как вам наш город? — у девушки был низкий очаровательный голос, способный вскружить голову любому мужчине, но только не молниеносному, что годами учился самодисциплине, без которой, как известно, молнию не укротить, даже если ею удалось завладеть.

Дамир смерил девушку вопросительным взглядом. С чего бы какой-то незнакомке любопытствовать о том, понравился ему город, или оставил неприятное впечатление. Откуда такое любопытство? Да и как она вычислила, что они гости города? У них на лбу не написано.

— Ой, какая я неуклюжая, — прочитала она его сомнения по лицу, как в раскрытой свежеотпечатанной книге. — Позвольте представиться — Софья Браунинг. Я представляю администрацию Гардиума, специалист по связям с общественностью. А туриста в вас выдает серебряный шар, что кружится вокруг вас назойливой мухой. Он вам еще не надоел? Ужасно надоедливый механизм. Каждый третий робогид со смены возвращается поврежденный. Туристы не выдерживают его жужжания, в особенности, когда доберутся до ресторанов.

— Дамир Стрельцов, — неожиданно представился он. Девушка ему понравилось. Была в ней особенность, она с первого мгновения умела расположить к себе. Словно искусный яд, мгновенно просачивалась под кожу, и вот ты уже не замечаешь, как голова кружится, а ты разбалтываешь все государственные секреты вместе с стеснительными историями из своего детства.

Дамир постарался взять себя в руки и окрепшим суровым голосом заявил:

— Мы тут в командировке. Решили ознакомиться с городом. Когда еще занесет в ваши края.

— Столичная штучка, — тут же раскусила его Софья и улыбнулась.