– Что? – вырвалось у Перони.

   Браччи ухмыльнулся:

   – Им конец. Хозяином будет он. Может делать что угодно. Построит отель. Или какой-нибудь торговый центр вроде тех, что в городе. Будь у Арканджело хоть капля здравого смысла, выставили бы все на открытый аукцион. Огребли бы кучу денег. Но они же хотят заниматься стеклом. Глупо.

   Информация насчет Мэсситера показалась Косте весьма интересной. Англичанин и без того был человеком состоятельным. Заполучив остров, он приобрел бы еще большее влияние.

   – А вы не против иметь такого соседа?

   – Да уж, что и говорить. Но по крайней мере терпеть придется только одного придурка. Ладно, хотели спросить о чем-то, спрашивайте, а нет… Мне еще работать надо.

   Он посмотрел на разбросанные по столу стекляшки и сгреб их одним махом в коробку.

   Уходить было рано.

   – Расскажите о вашей семье. Родители. Братья. Сестры.

   – Брат один – я. – Браччи толкнул ногой дверь, и полицейские увидели двух молодых людей, лет по двадцать с небольшим, плотных и угрюмых. Оба работали у печи, раз в десять меньшей по размерам, чем та, что стояла в мастерской у Арканджело. Один, с короткой стрижкой, был в рубашке с подвернутыми рукавами. Обе руки украшали старые синие татуировки. Другой – постройнее, с длинными волосами – выглядел чуть менее агрессивным.

   – Энцо.

   Татуированный кивнул.

   – Фредо. Мои сыновья. И работники. Мамаша их удрала в Падую с каким-то страховым агентом. Без бабы оно и лучше.

   – Точно, – буркнул Энцо и сердито посмотрел на брата. Тот поднялся и закрыл дверь.

   – И больше никого? – поинтересовался Перони.

   – Нас было двое, я и Белла. Уж больно папаша хотел быть добрым католиком. Так что больше тут спрашивать некого. Браччи здесь живут уже пятьсот лет. Не верите – сходите в церковь и посмотрите сами. Старик как произвел двоих на свет, так и успокоился – мол, не переведется род. И мои парни так же поступят. А что касается Беллы… Она сама захотела выйти за одного из этих выскочек. Что ж, ее проблемы. Опять-таки.

   Браччи остановился, решив, похоже, что зашел слишком далеко.

   – Да? – подтолкнул его Перони.

   – Дурацкая затея. Я это с самого начала знал. – Хозяин махнул рукой. – Так и не понял, зачем ей это надо было. Уриэль – не самый завидный улов. А Белла была красивая. Да. Могла бы подыскать и получше. Как будто… – Он поморщился, словно забыл, что хотел сказать, – Это уже после того, как отец умер. Он бы ее окоротил. Я-то думал, что все еще раньше решили, с его согласия. Никто ничего не знал, а потом они вдруг взяли да и поженились. Ну и что мне делать? Вендетту объявлять? Да их еще и Микеле поддержал. Я поначалу было подумывал, что это он на нее глаз положил, да только уж больно стар для Беллы. Все в деньги упиралось. Они, наверное, рассчитывали, что мы их вытянем. Белла ведь тоже со стеклом работать умела. Знала, что к чему. Приемы там, секреты кое-какие. Мы же здесь чужакам не открываемся. Но она их и не подпускала.