— Барнабас, — прошептала я, — что Рон от меня скрывает?

Подняв глаза, я увидела, как он стиснул зубы:

— Это не мое дело.

Мое сердце в страхе екнуло и остановилось.

— Ты же хочешь мне рассказать. Еще на школьной стоянке хотел, и сейчас. Если веришь в выбор, то расскажи, чтобы я выбрала правильно.

Его взгляд упал сначала на мой амулет, а потом встретился с моим взглядом, и я вздрогнула.

— Рон скрывает от серафимов, кто ты, и вводит тебя в заблуждение, чтобы изменить соотношение сил между роком и выбором, — решительно заявил Барнабас. — Этим он, похоже, и занят.

— Он же сказал, что уже говорил с ними! — возразила я, но засомневалась: — Вводит в заблуждение? Зачем?

Не сводя с меня глаз, Барнабас тихо сказал:

— Ты — новая хранительница времени, Мэдисон. Темная.

Я ошарашенно заморгала и воинственно заявила:

— Ничего подобного!

Барнабас не стал со мной спорить, а лишь горько улыбнулся.

— Я же говорил, есть причина, по которой мы не можем соприкасаться мыслями. — Его взгляд остановился на моем амулете. — У тебя амулет темного хранителя времени. Будь по-другому, наши резонансы были бы близки, и мы сумели бы разговаривать мыслями, но мы на разных сторонах спектра. Рон это знает. Рон все знает. Только ничего не говорит.

Я потянулась к черному камню, но опустила руку.

— Может, у нас ничего не получилось, потому что я мертвая?

Барнабас отвернулся и тяжело вздохнул.

— Ты сумела завладеть амулетом хранителя времени только потому, что ты и есть хранитель времени.

— Нет! — воскликнула я. — Я сумела им завладеть, потому что я человек.

Он покачал головой:

— Ты смогла коснуться его, потому что ты человек, но обрела над ним власть только потому, что ты есть ты. Ты сама научилась отрешаться от амулета и при этом по-прежнему управлять им. Ты подчинила себе Грейс, дала ей имя, которое связало ее и отменило указания Рона. Ты восходящий хранитель времени, Мэдисон, один из двух, рожденных в этом тысячелетии и способных выдержать бремя времени.

Я уставилась на него, чувствуя, как по спине ползет холодок ужаса. Я? Темный хранитель времени? Я не верю в судьбу. Он, наверное, ошибается.

— Это Рон так сказал? — прошептала я.

Барнабас пошевелил ногами в грязных кроссовках и подался вперед. Уперся локтями в колени и взглянул на меня из-под копны кудряшек.

— Нет, — признался он, и у меня вырвался вздох облегчения. — Но это так. Мэдисон, хранители времени смертны, и на это есть своя причина. Земля меняется, меняются люди, ценности. И невозможно требовать, чтобы человек, рожденный в эпоху пирамид, понимал человека, для которого само собой разумеется, что Землю можно увидеть из космоса. И когда перемены происходят слишком стремительно, приходит новый хранитель времени.

Барнабас взглянул на медсестру у телефона и придвинулся ближе ко мне.

— Я уже такое видел, это как поворот колеса. Восходящего хранителя времени находят и обучают, а потом ему передают амулет, и прежний хранитель времени начинает стариться с того самого мгновения, в которое его жизнь была прервана божественным вмешательством. Ты мертвая, это усложняет дело, но ты — та, кто ты есть.

— Нет! — возразила я. — Я — это я, и все. И даже если я хранитель времени, то не темный. Я не верю в судьбу. Я просто забрала камень Кайроса, чтобы остаться в живых!

Барнабас нахмурился и опять бросил взгляд на медсестру.