— Но…

— Да, я знаю, что поначалу мы договорились уничтожить сперва котел Зла, а уж потом браться за светлых. Однако же, Джон, пока ты отсутствовал, по спутниковой связи мне пришло кое-что.

Мастер бросил на стол перед вампиром стопку бумаг, факсимильных копий каких-то документов. Диерс взял бумаги, быстро просмотрел их.

— Похоже на древнеиндийское письмо, — заключил он. — Только я ни бельмеса не смыслю в древнеиндийском письме.

— Это санскрит. Священный язык древних индусов. Но прислали мне это, как ты мог бы подумать, вовсе не из Индии, даже не из Азии.

Диерс слегка приподнял правую бровь, еще более черную, антрацитовую, нежели татуированное лицо.

— Это текст неизвестной ранее Веды, обнаруженный в развалинах штаб-квартиры Ордена Света в Лондоне. Происхождение текста, однако, уже установлено. Его записал один из буддийских монахов, нашедший пристанище в Скалистых горах Западного Побережья США, со слов своего учителя, якобы пришедшего к нему во сне. По сути, это священная книга шрути, как выражаются сами индусы. То есть книга, автором которой является Бог, записавший свои откровения и наставления для человечества. Книги шрути интересны тем, что, по легендам, появились вместе с появлением самого Бога (или богов, что в нынешнем контексте не столь важно) и содержат знания, находящиеся в голове Бога. Неким образом эти знания стали доступны мудрецам-риши, которые и записали их в виде книг. Иными словами, шрути есть те же священные евангелия, что изложили христиане. — Мастер прокашлялся. — Ты знаешь, что далеко не все евангелия вошли в состав Библии. Это, прежде всего, связано с противостоянием языческой и христианской вер.

Вампир кивнул. Да, за всю историю христианства было написано множество евангелий, и точное их число никто не знает. Но в Библию вошли лишь те евангелия, которые отождествляли Христа с богом, делали его прежде всего существом высшим, божественным, наделенным немыслимой силой и властью, ничего общего с человеческой не имеющими. Выбор «благих вестей» произошел во времена правления римского императора Константина Великого, который испугался растущего влияния христианства и открытого столкновения бытовавшей тогда языческой веры с новым течением. Такое столкновение могло разжечь в Империи пожар гражданской войны на религиозной почве, а ведь общеизвестно, что религиозные войны — самые беспощадные и разрушительные. И Константин, опасаясь волнений и раскола страны, официально признал христианство государственной религией. Но для того, чтобы религия эта играла на власть, подавляла в людях порывы к массовым беспорядкам, к выступлениям против государства и самой власти, Константин отбросил все тексты, отождествлявшие Христа с человеческим существом. Люди не испугаются человека, но люди испугаются Бога. Таким образом, в конечном варианте Библии Иисус стал прежде существом высшим, непостижимым и оттого грозным.

Император Константин инициировал первый Вселенский собор, на который съехались христианские священники со всех уголков страны и даже из других частей света. Дав официальное разрешение новой религии на существование, Константин вместе с тем дал римскому духовенству огромную власть и покровительство. А взамен получил удобный инструмент для управления народом. Инструмент религии. С тех-то пор Римская католическая церковь признана единственно верной церковью, следующей единственно верной религии. И с тех самых пор христианство получило покровительство государства, что сыграло немаловажную роль в дальнейшем распространении религии и упрочнении ее могущества.

Однако Константин, отбирая евангелия по строго определенной системе, не задумывался, что написанное в не вошедших в конечный вариант Библии текстах может играть колоссальную роль. В частности, тайное и малоизвестное евангелие от Ламии, повествующее о жизни вампиров, могло бы послужить отличным оружием против этого вида нечисти еще задолго до широкого распространения братии вампиров.