|
Видите ли, человеческий разум — это штука, бесспорно, хорошая, но вместе с тем очень сложная. Тысячелетия великие ученые и философы бились над разгадкой тайны человеческого разума и души, но лишь разбили лбы в кровь. Ведь понять всю глубину данного предмета невозможно, ибо разум и душа как вещи, неразрывно связанные между собой, — это песчинки великой совокупности тончайших энергий, составляющих суть Господа. Ибо Господь есть всё. Господь есть и свет, и тьма, и энергия, и материя. Взорвавшись большим взрывом, Господь создал Землю и населил её людьми, наделил каждого человека душой и только потом сказал: «Аминь!».
Разум, дробящийся на сознание и подсознание, воображение и память — это вам не просто реакции распада-синтеза. Разум плюс магия равно душа. Эта совокупность есть структура настолько постоянная, что не может просто взять и исчезнуть, когда умирает носитель. Дух, отделяясь в момент смерти, беспорядочно рыщет над землей и не знает, что же, чёрт возьми, происходит и как вернуться в состояние физического существования. Продолжающий мыслить разум стоит на пороге сумасшествия, потому что привычный материальный мир утрачен, а впереди, судя по всему, бесконечность чистого созерцания. И вот, над стойбищами полудиких ещё людей взвились тучи неприкаянных душ, которым во что бы то ни стало хотелось, в конце концов, куда-нибудь «прикаяться». Можете себе представить, сколько их накопилось со временем. И возник Актарсис, параллельный мир, смежная вселенная, куда тут же перетек избыток магической энергии. Возник и Яугон, завладевший своей частью умерших. Разделение душ произошло автоматически: светлые, высокоразвитые и не запятнанные негативной энергией души устремились в условный верх, а все прочие — в условный низ. Земля избавилась от засилья неприкаянных разумных сущностей; в параллельных вселенных души вновь обрели утраченный некогда материальный. На Небесах и в Преисподней возникло своё общество, основанное, прежде всего, на взаимодействии тонких энергий…» В той статье было еще много всего, а в конце, сразу после упоминания имени Винтэр, журналистка, некая Лидия Пехова, записавшая, собственно, весь материал со слов Оборотня, говорила, что количества полученной ею от собеседника информации хватило на целую книгу. Диерс спустя несколько месяцев наткнулся и на книгу. Она называлась «История оборотня» и довольно-таки подробно описывала приключения Виталия с момента его обращения в «иную веру», в существо Тьмы, в оборотня. Ну и поржал же я, вспомнилось Диерсу былое. Этот Виталя, мать его, тот еще шутник. Неплохо пересказал наши похождения. Особенно красноречиво он описал мою рожу… — Конечно, я в курсе. — Тогда мне не стоит продолжать. Ты сам должен догадаться, что произойдет, окажись третий вариант развития событий единственно верным. Диерс задумался. Он и раньше много думал о Слиянии, о пользе, какую оно может принести ищущему упокоения Сатане, и не видел ничего. Ни пользы, ни смысла, ничего. Сатана вновь воскрес (если это обросшее святыми значениями слово можно применить к Люциферу), и никакое Слияние не убило его неприкаянный злобный дух. Однако, что мы имеем сейчас. Сейчас сложилась ситуация примерно та же, какая существовала во времена, предшествовавшие генерации параллельных миров. «Души, наконец, обретут истинную свободу, станут истинно смертными. Никакого перерождения в иных мирах. Никакой второй жизни. Лишь полное забвение и свобода». Эту фразу Джонатан Диерс прочел в секретных манускриптах дьяволопоклонников, сохранившихся после бомбежки Берлина. Вроде как слова самого Сатаны. Но кто знает, что творится на самом деле? Если представить, что план Сатаны все же не осуществился, и души умерших не растворяются в общем сверхполе вселенной (то сверхполе и есть Бог, говорят. Что ж, поверим на слово), тогда они остаются на Земле. Неприкаянные души, мечущиеся в страхе и панике над выжженными полями и рухнувшими святынями, души, жаждущие чего угодно кроме своего нынешнего, «подвешенного» состояния. |
