Мир подобен зданию, в фундамент которого заложена энергия Света и Тьмы. Кроме того, мир полярен. Но, к примеру, возьмём кусок магнита и каким-то образом ликвидируем один из полюсов. В результате останется что угодно, но не магнит, потому что данное обозначение потеряет смысл по отношению к конкретному предмету. То же самое с фундаментом: если выдернуть даже часть, здание обрушится. Понятия «свет» и «добро» потеряют даже тот расплывчатый смысл, что имеют сейчас, если исчезнут антагонизмы. Свет перестанет быть светом, ибо всё познаётся в сравнении. Не с чем будет сравнивать. Полярность уничтожится, и Великая Вселенская Программа завершится Великим Вселенским Коллапсом, ибо она не замкнута сама на себе и в конце кода имеет простенькую команду «END», а затем — «REBOOT». Обнулятся всевозможные регистры, обнулятся ячейки памяти, выполняемые процессором текущие операции оборвутся и исчезнут без следа. The end of a game, the end of the universe, happy end for all of the Holy shit!.. Небытие, отсутствие чего бы то ни было, полное забвение. В новом мире не будет даже воспоминания о нас.

Поначалу думали, что виноват во всем Свет. Что именно Актарсис разработал и запустил в ход план по слиянию трех измерений, дабы не допустить возможность коллапсирования вселенной. Но Сатана всех обыграл.

Проклятый ублюдок положил сотни миллионов ради собственной смерти, но так и не подох, думал Диерс, а внутри клокотало негодование вперемежку с яростью.

— А чем был занят ты, Джон? — спросил Винтэр, когда они разместились в удобных креслах и стали ждать вызванных по радио членов команды.

Джонатан Диерс слегка склонил голову набок, вспоминая.

— Да так себе, — неопределенно ответил он. — Подлатался и пошел по миру.

Я искал Орден. Хотя бы одно подразделение Ордена, где получил бы укрытие. Но все филиалы, все базы и монастыри Ордена Света были разгромлены. На охотниках — боевиках этой древней организации, — что находил Диерс, зияли огромные рваные раны, спутать происхождение которых было невозможно.

Оборотни, это они убили большинство охотников, а затем сровняли с землей базы. Висящее на стене ружье обязательно выстрелит, и выстрелит до того, как закончится спектакль. А набранные в ряды охотников перевертыши даже после тщательной обработки и «перепрограммирования» все равно остаются нечистью, демонами, подчиняющимися законам Тьмы. И в один момент все оборотни мира почувствовали сигнал, идущий от их нового генерала. Получили приказ: убивать. И мгновенно трансформировались, набросились на ближайших своих коллег по службе, на охотников.

Та еще была резня, догадывался Диерс. Судя по количеству вырванного из тел человеческого мяса, такой резни оборотни не устраивали никогда.

— Говорят, ты вновь стал охотником.

Вновь. Конечно, черт побери, ВНОВЬ. Орден пришлось создавать с нуля, и все благодаря твоим кровожадным волкам.

— А я ничего не умею, кроме как охотиться.

Винтэр цокнул языком.

— А больше никто ничего не умеет. Только охотиться и убивать.

— У тебя неплохо получается убивать астеров, Виталя. Последнее время ты обитал где-то в Сибири, выискивал деревни светлых и выжигал их дотла.

— Ты тоже умеешь убивать, — ответил Винтэр. — Не представляю, как ты смог одолеть Бафомета и Сэйтэна, двух Владык Яугона.

Сам дивлюсь своей везучести, хмыкнул Диерс. Воистину моя задница — это задница одного из величайших счастливчиков в истории.